Легенда Монсегюра. Фантастический роман

– Отведайте, милорд, – предложила девушка и протянула ему незамысловатое угощение. Рыцарь благоговейно принял кусок хлеба, а Ляля запоздало вспомнила, что в двенадцатом веке именно рыцарь ухаживал во время еды за дамой – нарезал ей мясо, подносил на кончике ножа, ведь вилок тогда еще не было.

– Любое угощение из ваших рук, леди Лилиана, покажется мне слаще манны небесной, – торжественно сказал рыцарь и принялся за еду.

– Мессир, из Венеции вы двинулись на родину сухопутным путем? – осведомилась Ляля, когда их нехитрая трапеза подошла к концу.

– Да, миледи.

– А почему вы не дождались корабля, чтобы добраться хотя бы до Марселя? – продолжала расспрашивать девушка. Рыцарь слегка покраснел и ответил:

– Предпочитаю путешествовать по горам!

«Наверное, у него недостаточно денег, чтобы ехать на корабле», – подумала Ляля и тоже покраснела. Одежда и оружие рыцаря добротны, но не роскошны. Кубок серебряный, не золотой, а кошелек привешен к поясу и не дело прекрасной дамы пересчитывать его содержимое.

– Продолжим наше путешествие, демуазель? – спросил рыцарь.

– Да, поедем, мессир, – ответила Ляля.

Короткие сборы, и дама с рыцарем отправились дальше.

Путешествовали они до вечера. В горах темнеет быстро. Небо на западе пылало, а на востоке появились первые звезды. Сэр Луис остановил коня. Тяжелая дорога на сегодня подошла к концу. Рыцарь помог Ляле спуститься на землю. Девушка устала и валилась с ног, как будто это она весь день шла под седлом. Рыцарь, казалось, был сделан из железа и не проявлял никаких признаков усталости.

Он быстро устроил стоянку, сгреб в кучу сосновые иголки, листья папоротника, и предложил девушке это импровизированное ложе. Она присела, закуталась в плащ и провалилась в мягкую черноту крепкого сна.

Хорошо спится на свежем воздухе! Ляля проснулась лишь на рассвете. Свернувшись в комочек, она натянула на себя плащ и пробормотала по-русски:

– Мама, дай мне еще одеяло, у меня нос замерз. Я еще посплю, я вижу красивый сон.

Устраиваясь поудобнее в надежде согреться, Ляля завозилась, сухие листья под ней зашуршали, и девушка поняла, что она не дома в уютной постели, а… Она испуганно села на спартанском ложе.

Рыцарь обернулся на шорох. Он творил утреннюю молитву, опустившись на колени перед мечом, воткнутым в землю. Лезвие и гарда образовали христианский крест.

– Доброе утро, мессир, – дрожащим голосом произнесла девушка. Итак, это не яркий романтический сон, а парадоксальная правда жизни.