КРЫМСКАЯ ПРАКТИКА. Мистическая повесть

Лишь уехав далеко-далеко от матери и деда, она начала понимать, что очень многим в своей жизни она обязана именно им, своим любимым родным.

Под бархатное рокотание профессорского баса грезить было легко, но Кора заставила себя прислушаться к его словам.

– … Данте пишет, что вода Стикса багрово-черная, запомните это. И Харон работает не безвозмездно. Умершие платят ему за перевоз. Откуда вытаскивают они драхмы?

Стас засмеялся, видимо, представив непристойную картинку, но быстро потупился и замолчал.

– Изо рта, – ответил Гена. – Эллины клали в рот покойнику монету.

– Ты прав, благородный Геннадий, – сказал профессор. – Твое имя греческое, ты знаешь?

– Конечно, знаю, Андрей Петрович, – степенно ответил Гена.

– Умница. И что удивительно, драхмы в Греции используют до сих пор, – сказал профессор и победным взором окинул своих слушателей.

– Было очень интересно, – восторженно вскрикнула Леночка.

– Занимательно, – процедил Стас.

– Как в музее побывал, – радостно сказал дед Павло.

– Вы же, наверное, проголодались, – заохала баба Надя. – Сейчас будем ужинать.

Ребята восторженно завопили и вскочили со своих мест. Дождь кончился, западный горизонт освещало заходящее солнце. Казалось, его золотые лучи разгоняют дождевые тучи. Небо стремительно очищалось, на его темной восточной половине проступили сияющие звезды. Профессор внимательным взглядом окинул небосклон и распорядился:

– Девушки помогают с ужином Надежде Федоровне, парни идут со мной, осматриваем лагерь!

Дед Павло разжег кирпичную плиту и поставил два чана с водой – для каши и для чая.

– У нас будет сладкая пшенная каша с яблоками, – заявила баба Надя. Кора взяла нож и начала чистить яблоки. Леночка скривилась, но взяла доску, второй нож и стала их резать.

– Умницы, девочки, – похвалила их баба Надя.

Профессор шел с ребятами по лагерю, боясь, что дождь зальет палатки. Но палатки были поставлены надежно, во всех сделаны высокие деревянные полы.

Ужинали уже в темноте

В эту ночь Коре приснилась широко разлившаяся река под светлым, высоким небом, и она, Кора, пересекает эту реку на плоту, отталкиваясь шестом от дна. Воды реки, светлые, спокойные, тягучие, отливают перламутром и сизыми бликами, как Нева в белые ночи.