Хроники анклавов

Иногда он мог надолго пропадать по каким-то коммерческим делам, а после появлялся перед Кэт сияющий, напыщенный и удалой. Водил её развлекаться в казино и на представления психомагов в самое громкое заведение под названием королевство Delirium. Однажды они забрели на поэтическое выступление декадентов, мигрирующих с родины Феликса – анклава Монолит. Отпуск Кэт подходил к концу, а она всё меньше вспоминала про Федеральную Окраину и команду подводников. Увольнительный талон хранился на электронной почте её гика-напарника, дальновидного мальца, смахивающего на падшего ангела.

Вставал вопрос поиска работы, но пока накопленных средств хватало. И Феликс обещал ей подыскать какое-нибудь “не пыльное” место.

– Поехали ко мне. Покажу, где осел когда-то.

Кэт удивленно выгнула брови под взъерошенной челкой. Они стояли и пили из узких бутылочек подсахаренный абсент на мосту, перекинутом через заливчик Тетра Блю*. На голубой водной глади отражалось охровое сияние заката. Одно перетекало в другое, переплетаясь и переливаясь, точно краски замысловатого граффити с закодированными ответами на вселенские вопросы.

– А я-то думала, что ты обитаешь в спальных модулях.

Феликс задумчиво произнес, приобняв Кэт за плечи:

– Когда-то и там приходилось ошиваться. Едем. Мне уже осточертела акватория. Захлебнуться можно в этом болоте…

Тогда Кэт и заметила в нем странные перемены настроения. Феликс то яростно сжимал её в объятиях, придавливая всем весом к белому темперлону обширной кровати без простыней, запрещая впускать в спальню свежий воздух ночи и стрекот искристых цикад, то отказывался от любого общения, просиживая в одном шелковом халате на открытой веранде, стуча по сенсорной клавиатуре, погружаясь в симуляцию, звал некую Чан Ли…

В такие дни и ночи Кэт тоже вспоминала прошлое, лежа плашмя на остывшем темперлоне, ловила под веками послеобразы и смазанные картинки снов наяву.

Вырываясь на поверхность, она шла искать по дому или в бамбуковую рощицу, или же, в конечном итоге, на холм, поросший колокольчиками, Феликса, чтобы вновь обрести друг друга, как автофлай сигнальный маяк.

– Возьми… в верхнем ящике комода, – придушенно заговорил он, откатившись от Кэт на свою сторону кровати. – Колоду костяных карт и жестяную коробочку. Они нужны мне.

Шея её еще горела от следов яростных поцелуев, бедра от щипков, позже грозящихся превратиться в новые синяки. Щеки и грудь были расцарапаны щетиной. Губы припухли и запеклись.