Сердце феникса

В мире Авалон вода доставлялась в дома по подземным источникам. Стоило прикоснуться к гладкому камню, расположенному в стене, и ванная наполнялась водой. Такое волшебство сотворили много веков назад прорицатели, которых люди порой называли магами. Это был особый вид существ. Внешне выглядели как люди, но обладали определенными способностями. Они служили милордам и королям, потому что их магия не имела силы против мечей. Прорицатели предсказывали судьбу, правда не всегда точно, а так же умели творить чудеса, но против армии были бессильны.

Поэтому их вид практически истребили, а выжившие из поколения в поколение приносили клятву верности королям.

Арман постарался взять себя в руки. Он не мог подвести отца, а значит обязан влюбить в себя эту тварь. Переодевшись, спустился на первый этаж в столовую. Перед ним поставили тарелки с рыбой и мясом. Подкрепившись в гордом одиночестве, милорд решил осмотреть свои новые владения. По периметру участка стоял высокий забор с четырьмя смотровыми башнями, где день и ночь дежурили лучники.

За двухэтажным домом располагались конюшня и загоны для животных, а дальше поле, на котором работали крестьяне, пропалывая какие-то зеленые кусты. Из мужчин было только сто воинов, лица которых всегда скрывала повязка. Они не только охраняли, но и охотились, чтобы у милорда на столе всегда присутствовало мясо.

– Марта! – рявкнул Арман, и к нему выбежала та самая женщина, которая управляла остальными слугами.

– Звали, милорд? – испуганно проговорила она, стараясь не смотреть ему в глаза, дабы не попасть в немилость.

– Где девчонка? – поинтересовался он.

– Мы ее покормили, она спит в своей комнате. Милорд, а как ее зовут? Как нам к ней обращаться? – дрожащим голосом спросила Марта.

Арман задумался на пару секунд. Как-то он не подумал, что нужно выбрать имя для твари.

– Мне все равно, как вы ее назовете, – прорычал он, прищурившись.

– Милорд, позвольте дать ей имя Оливия? – робко попросила Марта, прижимая руки к груди.

Так когда-то звали ее дочь, но малышка умерла из-за лихорадки. И Марте очень хотелось подарить свою нерастраченную любовь малышке, которая мирно спала в кроватке.

– Я же сказал, что мне все равно! Пусть будет Оливия, – прорычал с раздражением Арман и отправился к воинам.

Главнокомандующий склонил голову в знак приветствия своего господина, но из-за того, что отсутствовал язык, не мог поинтересоваться, что от него хотел милорд.