Один шаг

– Если у вас есть вопросы к нашим гостям, поднимите руку и задавайте, – проговорил Игорь Анатольевич.

Желающих что-то спрашивать не нашлось, потому что итак все было понятно. Однако я все же зажмурилась и вскинула руку вверх.

– Да, пожалуйста. Поднимитесь и озвучьте свой вопрос.

И я встала, гордо выпрямилась и посмотрела в глаза Сергея. Он застыл и не моргал. Глупо было бы предполагать, что не узнает меня.

– У меня вопрос к майору. Скажите, а как быть, если, к примеру, нарушил закон ради доброго дела? Все равно считаешься преступником? Если не по своей воле, а в силу обстоятельств шагнул в «темноту»? – отчеканила я, выдержав его холодный колкий взгляд.

– Не важно, какие были причины, нарушение закона карается в любом случае, – заявил Волков.

– А если, например, отец ограбил банк, чтобы спасти жизнь своему сыну, который нуждается в дорогостоящей операции. Человек пошел на преступление, чтобы спасти другую жизнь, он все равно преступник?

– Да! – отчеканил Волков, пронзив меня убийственным взглядом.

– А если пришлось шантажировать кого-то, чтобы спасти жизнь невинному человеку, это тоже преступление? Даже если шантажисту в душе очень-очень жаль, что обстоятельства вынудили его так поступить? – в конце мой голос сорвался.

Волков побледнел, поджал губы, прищурился. Выдержав паузу, Сергей все же ответил:

– Для этого и существует суд. Там рассматриваются различные дела и учитываются все обстоятельства, перед вынесением приговора.

– Спасибо, что разъяснили, – ответила я и села на место.

Сердце обливалось кровью. Хотелось, чтобы Сергей понял, что мне жаль, что не желала его шантажировать.

Когда лекция закончилась, я сгребла свои ручки и тетрадки и помчалась вслед за гостями. Подруги удивленно посмотрели на меня, но ничего не успели сказать. Волков шел с остальными приглашенными в сторону выхода. Я закричала на весь коридор:

– Сергей Иванович! Сергей Иванович!

Он вздрогнул, услышав мой голос.

– Идите, я догоню, – обратился он к остальным, и когда они отошли на достаточное расстояние от нас, прошипел:

– Что тебе надо?

– Сереж! Честно, мне так жаль! Прости меня! Я не хотела тебя обидеть, – искренне проговорила, с раскаянием посмотрев майору в глаза, а он скрипнул зубами.