Стокгольмский калейдоскоп

Он стал собирать налоги, пополнявшие казну, и на эти средства было заложено много новых городов. Именно его считают основателем Стокгольма. Правда, в то время, когда на месте рыбацкой деревушки была заложена крепость, он ещё и не родился. Но это неважно. Главное, он был первым правителем, при котором бывшая крепость упоминается в грамоте от 1252 года как город Стокгольм, и он немало сделал для его укрепления.

Важной заслугой Биргера Ярла считается издание им первых шведских законов. Король и могущественные люди страны обязаны были наказывать за преступления, например, за нападение на человека в его доме, в церкви, на народном собрании, за насилие в отношении женщины.

Биргер развивал торговые связи с соседними странами и поддерживал церковь, справедливо считая её очагом грамотности. Всё сделанное им было ново и основополагающе и во многом способствовало становлению Швеции как государства. Так что его по праву называют отцом шведской государственности.

Если верить "Житиям Александра Невского", сей храбрый рыцарь бился с дружиной Александра Ярославовича на Неве в 1240-м году, где, как известно, шведское войско потерпело поражение, а русский князь за эту победу впоследствии был прозван Невским.

Утверждается, что в стычке с князем Биргер был ранен в глазницу.

Из шведских источников об участии Биргера Ярла в Невской битве сообщается в "Рукописании Магнуша" – завещании шведского короля Магнуса Эрикссона. Однако шведские историки оспаривают эти сведения, подвергая сомнению подлинность самого завещания и утверждая, что в год битвы Биргер Ярл не покидал Стокгольм.

Тем не менее, при исследовании останков Биргера Ярла в 2002 году в области его правой глазницы обнаружили следы серьёзной травмы, что перекликается с русской летописью. И посему историки-любители продолжают ломать копья на сём историческом ристалище.

Ну, а литератору позволительно дать волю фантазии и представить, например, какой тяжёлой оказалась для Биргера травма, не только в смысле физическом, но и моральном.

Причём на фоне поражения войска.

Он стал ярлом спустя восемь лет, жестоко подавив оппозицию. Можно только догадываться, какая власть сосредоточилась в его руках и как боялось его окружение. При разговорах о Невской битве Биргер мог гневно вздёрнуть неизрубленную бровь и процедить: "К поражению в Невской битве я не имею никакого отношения. В тот год я не покидал Стокгольма. Запомните это".