Партия, дай порулить

Народ вовсю веселился и подсказывал лозунги один лучше другого. «Кончил дело, гуляй смело», «Конец – делу венец» – неслось со всех сторон.

Олег Витальевич удивленно хмыкнул и сел на место.

Бородина отсмеялась, вытерла выступившие слезы и продолжила:

– Значит так. Первое – прическа.

Она подошла к Похлебкину и слегка взъерошила ему волосы.

– Второе – щетина. Третье – рубашка. Четвертое – взгляд. Это самое сложное. У нашего президента взгляд бесстрастный и нацелен на сегодня. А мы возьмем взгляд в будущее.

– Что это значит, Тамара Максимовна? – заинтересовался Востриков.

– Ну вот, как у Владимира Ильича Ленина. Недаром его Герберт Уэллс кремлевским мечтателем назвал. Ленин говорил про светлое будущее, смотрел вперед и не только верил в него, но и видел. Будущее, в смысле. И взгляд такой пламенный, что об него спички впору зажигать. Люди и зажигались. И шли за ним. В прекрасное далеко.

– Жаль только – жить в эту пору прекрасную уж не придется – ни мне, ни тебе, – пробормотала Кира.

– Что, простите? – с досадой повернулась к ней Бородина.

– Стихотворение Некрасова «Железная дорога». Это я про «прекрасное далеко», – тушуясь, ответила Кира.

– Кира Анатольевна, если вы у нас такая эрудированная, ждем ваших предложений, – Востриков налил из графина воды и в два глотка ее выпил.

– Я прошу прощения, – Кира готова была откусить себе язык.

Сегодня на нее явно что-то нашло. Из-за необдуманных реплик она привлекла к себе нежелательное внимание большого числа людей.

– Я могу продолжать? – Бородина недовольно повела плечом. И не дожидаясь ответа, стала рассказывать дальше. – Итак, взгляд. Давай, Олег, посмотри вдаль.

Похлебкин прикрыл глаза, потом открыл их и уставился куда-то поверх голов. Вид у него стал бравый и придурковатый.

– Ой, нет, не так, – поморщилась Бородина. – Ладно, отложим репетицию на потом.

Антон Семенович несколько раз отрывисто хлопнул в ладоши:

– Заканчиваем, заканчиваем! Слоган сделаем такой: «Хватит»! Или «Хватит воровать»! Или «Надоело»! Что-нибудь вроде этого.

Все одобрительно загудели, задвигали стульями.

– Минуточку, минуточку! – перекрикивая шум, выкрикнул Востриков. – Важная информация.