Рожденный, или Никто не вечен. Книга первая

Правда, некоторые придерживались мнения, что этот череп принадлежал не прошедшему инициацию Младшему богу. В любом случае, от самого вида этого артефакта Нестора бросило в дрожь и он, некоторое время, просто рассматривал лежащий на столе предмет.

– Что я должен сделать? – любопытство наконец-то победило страх и погодник решил нарушить возникшее молчание.

– Положи руки сверху черепа, – приказу Нестор повиновался беспрекословно. Череп на ощупь был гладким и очень холодным.

– Теперь повторяй за мной. Клянусь не разглашать полученные данные никому кроме присутствующих сейчас тут людей.

Нестор повторил за Белтором слова присяги и почувствовал как что-то несильно укололо его в правую руку, как раз там где ладонь прикрывала пустую глазницу Черепа Истины.

– Вот и отлично, – артефакт исчез со стола, хотя Нестор опять не заметил никакого присутствия магических колебаний.

– Скажи Нестор при задержании иномирца, ты ничего странного не заметил? – вопрос задал мег Карл, который без интереса наблюдал за процессом принесения присяги Нестором.

– Только то, что он явно не понимал нас и произнес какую-то совершенно непонятную и не выговариваемую фразу на неизвестном мне языке. Я подумал, что это какой-то вид вербальной магии, – подумав, ответил погодник.

– Вот видишь Карл, а ты говорил, что никто ничего не заметит, хорошая смена растет, – Белтор с довольным видом хлопнул в ладоши и быстро сказал.

– Нестор, можешь быть свободен.

– И в чем же было дело?

– А дело было в том, что иномирец не мог понять наших сотрудников по простой причине – он не знал основного языка, которым пользуется человечество и другие расы – лоссари, – спокойно ответил маг разума.

– Как такое может быть? – приподнял брови Белтор.

– Не может, но вот так есть, – Карл отпил синей жидкости из своего бокала.

– Но тогда это нарушает основной постулат межмировых переходов. Насколько я помню – " в какой бы мир ты не вступил, всегда ты будишь понимать тех в чей дом ты пришел». Архимаг Васник сформулировал основные постулаты задолго до Изменения и насколько я знаю, ничего не поменялось. Или я не прав?

– Прав, друг мой. Тем не менее при анализе памяти этого иномирца я выяснил, что он не владеет ни лоссари ни каким либо другим языком нашего мира.