Время, проведенное с тобой

Светлая, веселая и жизнерадостная, открытая всему миру, она была чудом среди смуглых и осторожных хакасов. Она со всеми и ни с кем, кошка, гуляющая сама по себе. Лена смотрела на неё и не могла насмотреться, даже небольшая полнота после рождения дитя, ей придавала мягкость и необычную красоту. Она светила солнцем для людей. Для многих людей. И несмотря на то, что Валерия была старше Лены на несколько лет, выглядела она всегда моложе, Лене это очень нравилось. «Хоть чуточку побыть старшей», – улыбалась она себе.

Лена сразу полюбила этот домик на берегу небольшой реки, внешне похожий на теремок, с небольшим садом, в котором росли яблоки, ранетки, вишня и абрикосы, для снежной и морозной тайги – это было роскошью и диковинкой.

Но тайга не отпускала так скоро. Там прошло все ее детство, все родное и близкое душе. Такие места есть у каждого человека, где, родившись и прикипаешь к этому месту. А приходит время покинуть его, то частенько вместе уезжает тоска по Родине, которая потом заставляет искать места, напоминающие родные, может быть запахом свежего и чистого воздуха тайги, а может быть весенним теплым ветерком, и испытываешь при этом сладостное чувство детства.

– Леночка! – радостно обняла мама, увидев ее, входящую в калитку.

Мама расположилась на крыльце, обставив себя плитой, кастрюльками и всякой кухонной утварью и суетливо старалась приспособиться к незнакомым условиям новой жизни, что очень ощущалось, особенно глядя на ее растерянное лицо.

– Проходи скорее, я тут картошку чищу, а то сейчас папа с работы приедет, – она, в смятении, разводила руками, и Лена видела всю не обустроенность и не удобство дома, и участка, прилегающего к нему.

«Эх, работы тут непочатый край!», – подумала она, вспомнив их старый дом, в котором все так удобно и практично, и знакомо.

– Маа, давай я почищу быстренько, а ты пока мясом занимайся, быстрее будет! – сходу, даже не переодевшись, включилась Лена в работу.

– Ты же голодная, поди!

– Потерплю, – спокойно ответила она и начала чистить картофель.

– Ладно! – смирилась мать, и каждый занялся своим делом.