Предел несовершенства

Мы договорились, что я возьму у нее интервью, как у молодого специалиста, а про дружбу пока говорить рано. Я пришла сюда, чтобы работать, записывать интервью.

Тут у Юлии зазвонил сотовый телефон, и она, чтобы их разговор с Кевином не слушали чужие уши, перешла на английский. Юлька видела, как напрягся следователь.

– Это вы с кем сейчас разговаривали?

– Это не имеет отношения к происшествию, – ответила она.

– А можно мне решать, что имеет отношение, а что нет?

– Пожалуйста. – Журналист Сорнева не любила таких «нарывистых» парней, даже пусть это важный следователь, поэтому огрызнулась: – Делайте запрос моему мобильному оператору и получите официальный ответ.

– Спасибо за совет, обязательно воспользуюсь!

В это время Настя сидела на своем рабочем месте и пребывала в ступоре, все попытки Юли вывести ее из этого состояния не увенчались успехом.

– Успокойся, успокойся, ты уже ничего не вернешь и не изменишь! Это жизнь, Настя, такая поганая жизнь. Она конечна, люди умирают, все умирают, они не живут вечно и даже недотягивают до ста лет.

Настя замотала головой:

– Нет, нет. Его убили!

– С чего ты решила?

– У него кровь, у него на груди кровавая рана, я видела!

– Что ты видела? – Юлька поняла, что в этой смерти около гальванических ванн не все так просто, а она-то думала, что обойдется сотней газетных строк. – А почему я рану не видела?

– Я халатом его прикрыла рабочим. Он ко мне вчера подходил со странным разговором, но я не хочу это полиции рассказывать.

– А ты мне рассказывай! – Юлька придвинулась поближе к технологу Анастасии Ельчинской.

– Федор Павлович вчера тоже со мной в смену работал, партию волноводов серебром покрывал, чтобы коррозии не было. С одним волноводом какая-то проблема была, я и стала разбираться.

– А что за проблема? – автоматически спросила Юля, ожидая быстрейшего продолжения рассказа.

– Решили, что волновод плохо обезжирен, попробовали еще раз, и вроде все пошло.

– Что пошло, Настя, а что поехало? Русским языком говори, я тебя не понимаю!

– Да процесс серебрения потом наладился, и все волноводы покрылись ровненько.

– А он? – Боковым зрением Юля видела, что в их сторону идет следователь.

– Он сказал, что его скоро убьют, потому что его жизнь ничего не стоит.

– Так и сказал?

– Так и сказал. – Настя снова смотрела в одну точку.