Ключ к жизни: Он пришел вместе с пулей

Я попыталась поднять руку, дабы уцепиться за палку, но болото лишь охотнее поглощало меня, ускоряясь с каждым вдохом.

А от страха дыхание стало слишком частым.

– Посмотри-ка, она нашей помощи просит! А обычно такая высокомерная! – рассмеялся Тоха, пихая друга локтем в бок. – С книжками сидит, читает что-то! А все, ведьма! Твой час настал!

Ведьма… Так меня прозвали за любовь к уединению и тихим местам (к кладбищу в том числе). А я просто хотела, чтоб меня не задирали!

– П-прошу вас! Хватит! Помогите! Ай! – я закусила губу, глотая слезы, когда очередная пиявка больно вцепилась в кожу.

Из-за особой слюны их укус должен быть незаметен. Вот только на меня она никогда не действовала, позволяя прочувствовать все прелести скользкой кровопийцы.

– Ну ладно-ладно. Думаю, с нее достаточно, – Дима, как самый старший в приюте (ему было 17 тогда), должен был обладать более здравым рассудком. Но ощущая на себе его холодный, презрительный взгляд, я чувствовала лишь страх и немощность.

Что я могу против него?

Я беспомощна…

И когда он протянул мне руку, я готова была на все.

– Умоляй, – жёсткий приказ отразился холодом в его глазах, как и мой запачканный, испуганный вид. Словно маленький кролик, угодивший в ловушку. И только я дотянулась до его пальцев, как Дима резко убрал руку. – Умоляй меня, Катя, и, может быть, я тебя пощажу.

Я сглотнула очередной поток слез вместе с гордостью. Ком застрял в горле, но я прошептала, чувствуя, как погружаюсь все глубже:

– Молю тебя, Дима. Пожалуйста, вытащи меня отсюда! Умоляю! – снова шмыгнула носом, кусая покрасневшие губы.

Трясина все сильнее давила на ребра, утягивая на самое дно. Туда, где, помимо ила и мха, валялись трупы животных, скинутых сюда жестокими детьми. Но я – не животное! Я не хочу умереть здесь! – ПОЖАЛУЙСТА, ДИМА! МОЛЮ, СПАСИ МЕНЯ!

Я захлебывалась своими слезами, потея от страха и вздрагивая от каждого нового укуса мерзких существ. А победная ухмылка на бледном, худощавом лице стала шире. Диме явно нравилось наблюдать за моей ничтожностью.

– Конечно же я тебя спасу, Катенька, – фальшивая ласковость не сулила мне ничего хорошего, но теплая рука, схватившая мою ладонь, казалась единственным спасением.

– Спасибо! Спасибо, Дима! – плача от надежды, что все обошлось, что меня не бросят, я бездумно благодарила жестокого парня. Забыв, что это он толкнул меня в болото.

– Но взамен, – зловещий оскал, и в карих глазах появились пошлые искры, – ты будешь моей личной шлюхой.