Матрица любви

Потому что чувствовала, как лидерство в наших отношениях от Сергея переходило теперь ко мне. Потому что на моей стороне правда.

Эта – моя – правда теперь больше воздуха нужна Сергею для того, чтобы он смог ожить.

Так Изида лечила раны любимого своего мужа Озириса.

С этой позиции я и продолжила свою «тысячу и одну ночь».

– Знаешь, Серёж, я ведь помню рассказы о твоих совершённых в молодости «подвигах». Но только теперь я набралась такой силы, чтобы простить их тебе. Это могу теперь только я. Потому что именно мне пришёл график «СД-модель Л.

Я нарисовала на листе бумаги уже известный Сергею график.

– То ж когда было! – возмутился Сергей, и я комментировала:

– И ты, и я знаем, что грехи такого рода не забываются. Они сопровождают нас из одной нашей жизни в другую.

Для меня ещё оставалась секретом причина того, почему я, как показал маятник – (описано в книге «Диалектика роз») – словом или делом убивала Сергея в трёх предыдущих жизнях.

Мне нужно быть аккуратной к своему окружению в этой жизни, чтобы не позволить забрать мою душу в последний момент, – об этом предупреждал в переписке на сайте «Профессионалы.

Сергей теперь, молча, смотрел на меня.

– Что я! Ты сам себя не сможешь простить, если не поймёшь того, что следует из графика, – спокойно сказала я и нарисовала ещё пару кривых, – те, что несколько дней назад рисовала в техническом университете. – Смотри! Это я тебе уже научным языком говорю.

Конечно, в техническом университете – учёные – технари.

Но они конкретно рассчитывают условия обрушения шахт и берут ответственность за человеческие жизни.

По моему графику можно такой предел рассчитать.

Этот предел знают сильные мира сего.

Несомненно, об этом знали фараоны. Чтобы не случилось крушения для всех, в наши дни по этим же правилам устраиваются войны и прочие битвы, в которых, возможно, участвовал и ты.

Много лет рядом с Сергеем ощущала я себя, словно в паутине. Мною нарисована картина «Колокольчик-паук». С пауком, в лапы которого я попала, сравнивала иногда я своего любимого мужчину, а теперь призналась ему:

Знаешь, Серёж, ведь я всегда тебя боялась. И в этом страхе была, по всей видимости, причина моей «неизлечимой болезни».