НЧЧК. Командировка

Да! Еще есть Эфа Горыниевна с ученицей. Прикинь, старая ведьма пригрела девчонку-иномирянку?

Капитан ап-Телемнар хмыкнул. Известно, гоблинши – женщины непредсказуемые, у них, что в голову стукнет, то и будет.

– Почему же – три? Ведь получается, что четыре или даже пять магов, если считать ученицу.

– Эфа живет не в городе, у неё в лесу домик маленький. Там она и обитает. Говорит, так ближе к природе.

– В этом лесу? – вскинулся Эрин.

– Да. Тут не очень далеко.

– Интересно. А они с ученицей ничего такого не заметили?

– Вроде бы ничего особенного.

– Странно, – молвил эльф и поежился.

Эрин бы через три дня повесился на самой высокой березе, до того неуютно он себя чувствовал в этом проклятом лесу.

– А вот мы и пришли, – объявил Зарин и показал на крошечную ложбинку между двумя ясенями. – Тут мы отыскали эльфа.

И пока Нолвэндэ бродила вокруг, исследуя эмоциональный фон, Эринрандир прислонился спиной к дереву и закрыл глаза, чтобы вид напарницы не будил в нем глухой гнев и раздражение.

Например, о ведьме-отшельнице, которую не тронул художественный руководитель творящихся здесь злодеяний. Почему так вышло? Она ведь могла стать первой из жертв. И о чем это говорит? О том, что Эфа Горыниевна может быть как непосредственно причастна к убийствам, так и не иметь к ним никакого отношения. И тогда выходит – преступления направлены не против всех магов, а лишь против пациентов МЛТП.

Эрин закурил и стал изучать страничку в папке, посвященную профилакторию. Прелюбопытнейшее это заведение, надо сказать. Гораздо более затейливое, чем может показаться на первый взгляд. Уединение зачастую способствует развитию скрытых наклонностей, а относительная безнаказанность толкает на воплощение их в жизнь. Знаем мы эти заброшенные хутора, тайные скиты и прочие способы спрятаться от посторонних глаз.

«В этом лесу спятить проще простого, – подумалось Эринрандиру. – Мы с Нол тут всего полчаса, а уже успели поссориться.

Неприятное это чувство – все время держать ментальную защиту, а еще противнее – не доверять своему напарнику. Хотя ни о какой эротике речь уже не шла, но Эрину все равно не хотелось облегчать Нол жизнь – помогать в её исследовании. Просто из вредности. А то еще смутит ненароком своими грубыми размышлениями на тему женского коварства и ханжества.