Невиновных нет

Оттого он кажется взъерошенным».

– Ребенок – это проблема. Я не понимаю, зачем он понадобился Конри.

– А я понимаю, – заявил Рамман, не скрывая вызова.

Чуть приподнятая бровь Эска выражала сомнение и вопрос. Мол, и откуда такая уверенность?

– Мой младший брат Идгард на самом деле родился не в середине января, а 28 марта. Вы должны знать, что это означает.

Удовольствие, которое получает лопоухий юнец, припечатав ветерана к стене одним ударом кулака, не идет ни в какое сравнение с тем, что чувствовал Рамман, когда увидел, как крошечные точечки зрачков князя диллайн мгновенно заполнили всю радужку.

– Да, да… Он ваш…

И осекся. Потому что Аластар Эск шепотом сказал:

– Помолчи.

В этот момент дверь в кабинет с грохотом распахнулась.

– Янамари! Да как он посмел?! – закричала бледная высокая женщина, тыкая сложенным веером в сторону юного графа. – И теперь ты станешь отрицать?

Она взмахнула руками. Лиловая шаль на ее плечах очень напоминала крылья.

– Лайд.

Конечно же, Рамману не научиться такому и за триста лет. И за четыреста. Просто потому, что он диллайн лишь наполовину. И очень нескоро его ладонь, впечатанная в столешницу, будет знаком смертельной опасности для всех окружающих.

Казалось, от звонкого шлепка трещина пройдет через весь замок и углубится в природный камень.

– Выйдите вон, миледи. У меня важный разговор.

И она вышла. Поклонилась сначала, очень низко, очень тщательно, а потом исчезла.

– Присаживайтесь, лорд Никэйн.

Должно быть, обтянутое серо-голубым атласом кресло само подставилось под зад юноши, из опасения впасть в немилость у хозяина кабинета. Ослушников здесь не жаловали.

– Поговорим о вашем младшем брате.

И Рамман поведал все, что знал, – от момента, когда заметил у матери признаки беременности, и заканчивая подробным рассказом об успехах мальчика в учебе.

Но как так вышло, он объяснить впоследствии не смог бы никому.

– Прекрасно… Рамман… э… я могу вас так называть? – Эск дождался подтверждающего кивка. – Очень хорошо. – И поразмыслив, добавил: – Вам понравится в Амалере. Я почти уверен.

«Я погиб», – сразу же догадался юноша.

Грэйн и Джона

Солнышко радовало прятавшихся в лесах Локэрни беглянок недолго. Налетел ветер, нагнал тучи, и снова пошел дождь.