Наемник Зимы

Потом долго петляли меж кривых айсенн у болота, пока эльф наковырял каких-то корешков, а уже под вечер очутились на старом погосте. Здесь лет двадцать никого не хоронили, многие могилы провалились, а кусты и деревья, наоборот, разрослись, и кладбище, особенно летом, больше походило на небольшую рощицу. Летом детишки из Тэвра днем бегали сюда за ягодами, а новолунными темными ночами жаждущие отличиться мальчишки испытывали себя на смелость. Место мрачноватое, но, на взгляд Кенарда, не опасное и не страшное.

– Иди-ка сюда! – позвал его эльф, и голос его рыцарю не понравился.

То, что он увидел, тоже не понравилось. Совсем.

Альс сидел на корточках возле разрытой ямы и вертел в руках деревянную дощечку с грубыми, выжженными огнем рунами. «Милика Бэннф» написано было там на общем.

– Скорее всего, эта Милика была женщиной бедной и одинокой. И когда она умерла, ее закопали на брошенном кладбище, а не на новой освященной земле, – рассуждал Альс вслух.

– Похоже на то, – согласился Кен. – Но могила, видимо, была разрыта.

– Осенью, – согласился эльф и швырнул табличку на дно могилы. – И это сделали не звери.

Он обошел кругом все кусты, периодически поддевая носком сапога занесенные снегом кучи листьев, пока не наткнулся на то, что искал.

– Ага, вот и наша покойница, – заявил эльф.

– Где? – ахнул Кенард.

Из-под слоя смерзшейся грязи и травы торчали седые космы человеческих волос.

– Здесь некромантка пробовала поднимать свежего покойника, – пояснил Альс в ответ на полный ужаса взгляд молодого человека. – И ей все удалось.

– Может быть, могилу раскопали лисицы? – предположил Кенард, не желая верить в увиденное.

– И отрезали мертвецу голову ножом. Смотри, какой ровный срез. Это сделали не лисицы.

– И что это может означать?

– Только то, что женщина, которая умеет поднимать мертвых, может оказаться очень и очень опасным врагом.

От его слов мороз продрал Кенарда по коже и скрутило где-то в желудке. Он очень ясно представил себе, как в прохладную осеннюю ночь из земли вылезает начавший разлагаться мертвец и ходит вокруг закутанной в черный плащ колдуньи. В его фантазиях колдунья здорово смахивала на Голту.