Дары ненависти

Во-вторых, попытка не удалась, и теперь бесполезно обсуждать кандидатуру возможного претендента. В любом случае, это должна была стать компромиссная фигура.

– Как в свое время Атэлмар Вайерд?

– Именно. Он устраивал почти всех эсмондов, высокие диллайн тоже не возражали, и то, что Атэлмар по матери – чистокровный ролфи, склонило в его пользу чашу весов старой аристократии. Идеальный карманный император. Был.

– Так почему он теперь лижет зад конфедератам?

«Фи! Как грубо! Но очень верно по сути».

– Слишком боится за свою власть, – отрезала Джона.

 – Что тут непонятного? Заводит независимых союзников, играет в поддавки, чтобы потом расплатиться по всем счетам единым махом.

«Вот только эсмондов ему не победить, и поэтому игра не стоит свеч».

Сын озвучил невысказанную мысль более чем прямолинейно. Почти как Бранд, только без крепких выражений:

– Тив Херевард его самого… хм… куда захочет. Прости, мама. Но на что Атэлмар рассчитывает? И на что рассчитывали вы с покойным Лерденом, не заручившись поддержкой эсмондов? Положим, в Совете аннис закрыли бы глаза, но тив Херевард тебя на дух не выносит.

«А вот этого тебе знать не нужно, дорогой мой».

Вместо ответа Джона улыбнулась, демонстрируя ровные мелкие зубки.

– А почему, как ты считаешь, его настолько спешно предали казни?

Откровенно говоря, Раммана больше всего волновал другой вопрос:

– Почему тебя отпустили? Только потому, что ты все время пряталась в тени, или благодаря молчанию героического Гарби?

О! Интонации прирожденного собственника прорезались?! Юному графу было невыносимо думать, что его мать и этот плюгавый недоросток могут… Тьфу!

– Со мной не так просто справиться, уверяю.

И твой отец оказался прекрасным наставником по части интриг и заметания следов.

«Какой из двоих?» – просилось на язык. Аж чесалось. Так нестерпимо, что Рамману пришлось прикусить дерзкий орган зубами, до крови.

– То-то он уже шесть лет как убитый, – буркнул юноша недовольно и краем глаза отметил моментальную смену выражений на лице сиятельной графини Янамари.

Словно мелкая рябь по зеркальной поверхности озера, какая бывает от легчайшего ветерка. Было или не было, а если и было, то прошло.

Джона ничего не сказала, но бойкий мальчик Рамман побледнел и заерзал на шелковом сиденье кресла. Такого цвета тучи над бушующим морем. Вот уже вокруг черного узкого колодца зрачка мерцают переливы серо-синего тумана.

– Я отомстила. Счет закрыт.

Разговор тоже окончен.