Удар ниже пояса. Повесть

Те же самые вопросы, только теперь еще и с искажением в записях протокола допроса. Корней говорил одно, записывали другое. Потом Корнею приходилось немало попотеть, когда подсовывали протокол для подписи. Он внимательно все читал, а потом внизу дописывал то, с чем не согласен.

– Сколько веревочке ни виться, все равно когда-то покажется ее конец. Думаете, вы такой умный. Весь из себя. Ан нет. Есть и поумней. Так или иначе скоро допытаемся до истины. Поэтому вам лучше на начальном этапе признать свою вину. На суде это зачтется.

– Мне не в чем признаваться. Лучше бы сына искали, а не мне мозги пудрили. Надоели уже. В миллионный раз говорю, никого я не похищал и не убивал. Поэтому и признаваться не собираюсь. Больше того: узнаю, кто это сделал, пусть пеняет сам на себя. – Ну и зря. Мы вам хотим помочь, а вы становитесь на дыбы. Ну, и флаг вам в руки. Получите максимальный срок. Потом одумаетесь, да будет поздно. И насчет угроз вы зря тут распинаетесь. Никто вас и слушать не станет.

– Уведите, – крикнул он охраннику.

Господи! Когда же этот ад кончится. Они что, все с ума посходили? Потеряли нюх? Не в состоянии отличить преступника от простого человека? Или это я выжил из ума?

Как могла Лилька написать обо мне такую чушь? Я ведь боготворил их с сыном. Вот уж никогда не думал, что придется попасть в такой переплет.

На следующий день в камеру за ним не пришли. Он до самого вечера ходил из угла в угол, анализировал создавшуюся ситуацию. Что могло произойти в их семье, когда он отсутствовал? Может Петруха поругался с матерью и сбежал из дому? Наверное, она обидела его? У нее за этим не станет.

Где теперь он? Его правда похитили или убили? Как такое могло случиться? Петя от природы спокойный, рассудительный. Если и посещал секцию самбо, только для обороны.

У него не было врагов, зато друзей много. И как теперь найти его или хотя бы помочь?

К ночи он так вымотался, что, когда лег на нары, ноги от облегчения загудели, голова отключилась.

Но тут же снова открыл глаза. И до утра не смог заснуть.

После завтрака за ним пришли. Повели в другой кабинет. Каждый шаг отдавался в полупустом здании, как удар по наковальне. Звенело в ушах. На двери успел заметить: Следователь… И что-то еще… Не успел прочитать.

Заныло в груди: Господи, снова будут доканывать дурацкими вопросами.

Охранник вышел. Он остался в кабинете. Стояла гробовая тишина.