Теплыми руками

– Кстати, ваши мелкие пакости, – уже вслух сказала следователь. – Например, отсутствие в доме воды или звонки полусумасшедших девиц, меня совершенно не трогают. Что же касается… – неожиданно следователь покраснела. – Впрочем, не будем об этом. От философа-моралиста я такого не ожидала.

Я подумал, что же могло заставить покраснеть эту женщину, и вдруг понял, что не смогу ответить на этот вопрос даже через тысячу лет. Для решения такой задачи нужен был исключительно женский ум. Ну, хотя бы такой, как у Надежды Шарковской.

– Жизнь – сложная штука, – на всякий случай сказал я. – Иногда нам, моралистам, стоящим на переднем крае науки о человеческих отношениях, приходится искать решения некоторых проблем за гранью привычного и даже разумного.

– Я так и поняла, – кивнула Света. – А теперь вы можете идти читать лекции жене подследственного. Можете быть спокойны, вам не придется прятаться в шкафу или прыгать в окошко.

– Уверены?

– Ну, конечно же. Кстати, вы начинаете мне надоедать.

– Господи, но кто может сравниться терпением с женщиной?!

– Осел.

Последняя фраза следователя прозвучала довольно сухо. Я посмотрел на свои руки и заметил, что начинают чуть-чуть подрагивать.

– Вы с ума сошли! – я перешел на крик. – Против Коли у вас ничего нет.

– У меня есть маленькая пирамида Хеопса на его участке.

– И все?

– Ну, если не считать требований о скорейшей экзекуции вашего друга со стороны уважаемых граждан, то это действительно все.

– Боюсь, что этого будет мало.

– А почему вы кричите? Я где-то слышала, что если мужчина переходит на крик, это, прежде всего, говорит о его неуверенности в собственных силах.

Я выронил сигарету. Улыбка следователя снова стала снисходительной.

– Отпустите Колю, – глухо и безнадежно потребовал я.

– И не подумаю. Ваш друг находится у меня под рукой и он нужен мне для важной работы. Если у меня возникнут какие-то вопросы, он всегда сможет на них правдиво, а главное, правильно ответить.

– Вы забыли о темпераменте своей сестрички, – напомнил я.

– С сегодняшнего дня Надежда будет проявлять свой темперамент только за стенами моего кабинета.

– Учли свои прошлые ошибки?

– Не столько свои ошибки, сколько ваши успехи в воспитательной работе. И вот еще что… – следователь немного подумала. – Знаете, наша мать рассказывала, что мы с сестрой дрались еще в утробе.