Победители вещей

Впечатление было настолько сильным, что он невольно спросил себя, а разве так бывает, чтобы жестокий приступ непонятной болезни отступил так быстро?.. Точнее же этот неясный вопрос звучал так: а разве так можно?.. Что именно было «можно», почему это «можно» вдруг может оказаться запретным он не понимал. Словно в утреннем и светлом сне ему вдруг привиделись золотые райские ворота, одна створка приоткрылась и оттуда высунулось забавное личико ангела. Ангел хитро подмигнул ему, улыбнулся и исчез.

– Ну-у-у, – довольно протянула мама, рассматривая лицо сына.

В следующую субботу Сашка снова пошел в кино… А утром он проснулся от собственного крика. Сашка с силой прижимал руки к лицу и не понимал, что с ним происходит. Это был и страх на грани паники, и ощущение холодной, безразмерной бездны внутри, и совсем уж странное, но до омерзительности сильное, ощущение своей никчемности и нужности.

В комнату буквально ворвалась мама, а следом отец.

– Опять, опять!.. – растерянно повторяла мама. – Господи, что делать?!

– Что опять-то? – не понял отец.

Мама мельком взглянула на него, метнулась к окну и, не зная, что делать дальше, замерла.

– Да что происходит?! – возмутился отец.

Мама вздрогнула и оглянулась. В ее глазах не было ничего кроме страха, и она смотрела на мужа так, словно видела его впервые.

– А вдруг они теперь не успеют?! – тихо спросила она. – Или приедет не она?

– Кто они, кто она?.

– Побудь с ним, – мама кивнула на Сашку и ринулась к двери спальни. – Я быстро!.. Я – за Еленой Петровной.

Буквально через полминуты с силой захлопнулась входная дверь на веранде.

Сашка снова закричал. Он понимал только одно – что он умирает. И даже более того, ему казалось, что он уже завис над бездной полной ужаса и мрака. Не зная, что делать, отец плеснул ему в лицо стакан воды.

– Сашка, перестань!.

Наверное, в ту минуту отец испытывал такой же страх, как и сын.

– Мама где? – простонал Сашка.

– Скоро придет. Пошла за кем-то…

«За врачом, наверное», – догадался Сашка. Ему стало чуть-чуть легче, но холодная бездна внутри его никуда не ушла.

Отец сел рядом с Сашкой и взял руки сына в свои грубые ладони. Сашка еще ни разу в жизни не видел лицо отца таким растерянным, даже жалким, и в то же самое время таким ласковым.