Изо всех сил

Наташка достала сигареты. Взглянув на закрытую форточку, она встала, подошла к окну, но, протянув руку к шторе, вдруг замерла.

– Посмотри, вон Толик сидит, как гриб под дождем. У нас уже вечеринка кончилась, а Толик домой боится идти.

Люся выглянула на улицу из-за плеча подруги.

Толик сидел на лавочке возле подъезда, подняв воротник легкого плаща. Он сильно горбился и немного кренился на бок.

– Правильно делает, что боится, – твердо сказала Люся. – Предатель!

– Ты знаешь, так нельзя, – Наташка мягко улыбнулась.

 – В конце концов, можно понять и простить любого человека.

– Даже этого иуду?!

– Иуду?.. – Наташка покачала головой. – Возможно, я и не очень хороший адвокат, Люся, но твоего Толика я смогла бы оправдать даже перед средневековой инквизицией.

3.

Холод пробирал до костей и тепло держалось только в желудке.

«В гараж пойти ночевать, что ли? – Толик нашарил в кармане пачку сигарет, и спички. – Околеешь тут совсем…»

Он оглянулся и тоской посмотрел на окна своей квартиры.

На мгновение ему показалось, что за шторой мелькнула чья-то тень.

Толик поежился. Спички были мокрыми. Толик с трудом зажег одну и вдруг заметил, что у него предательски дрожат руки…

4.

Лицо Наташки было строгим, как у судьи.

– Хорошо, давай во всем спокойно разберемся. Скажи, твой Толик виноват в нашей ссоре?

– Нет, – Люся пожала плечами. – Но какая разница виноват он в ней или нет?

– Не спеши!.. Итак, Толик узнал о нашей ссоре только перед уходом.

Скажи, когда Толик уходил, ты знала, что он пойдет к нам?

– Да.

– Ты пыталась удержать его?

– Нет. Он же взрослый человек!

– Взрослый?.. – Наташка снисходительно улыбнулась. – Отлично! Теперь давай поставим самих себя на место твоего мужа…

Люся поморщилась и снова выглянула в окно. С высоты третьего этажа фигура на лавочке под дождем казалась маленькой и жалкой.

«Толик фуражку не надел, – механически подумала Люся. – Простудится еще…»

– Значит, обвинение не возражает? – Разгоряченное лицо Наташки светилось от азарта.

 – Итак, во-первых, я абсолютно уверена в том, что Толик очень ждал эту субботу. Очень ждал, понимаешь?..

– Все равно он иуда, – перебила Люся. – Продал жену за кусок поросенка и стакан водки.

– …Во-вторых, когда продают, то уже не надеются получить проданное назад, – тут же парировала Наташка. – Поступок Толика был импульсивен и похож на поступок ребенка.