Невинный для Темной Леди

Я ведь ничего о нем не знаю! Вдруг он межгалактический преступник? И все, что с ним происходит, более чем заслуженно?

Надо проверить его историю, как только ко мне на подмогу явится Марик с дополнительным оборудованием. И я опять уставилась на свою живую собственность.

Опухшие глаза, яркая от солнечных ожогов кожа и изможденный вид блондина внушали тревогу. Сосредоточенное лицо и покачивающееся тело давали понять, что мое чутье не обманывает и стоит на ногах он из последних сил.

«Лучше мне поторопиться с причинением пользы.

Нечего и надеяться, что он мне признается, насколько ему плохо», – скрежетнула я зубами и еще раз зыркнула на рабов моих спутниц.

По контрасту с Беней новое имущество Тьяры и Соней выглядело так, будто они и не пленники вовсе. И лишений испытать не успели. Мой же, бедолага, того гляди в обморок от теплового удара грохнется.

«Сейчас самое время найти воды», – осмотрелась я по сторонам. Тщетно. Ни одного павильона с напитками.

Меньше размышлений, больше действий! Я махнула рукой в сторону выхода и направилась к гравикару.

Сюда мы доехали за десять минут. Значит, дорога назад займет столько же времени. Всяко быстрее, чем искать воду и вызывать подозрения у моих спутников заботой о рабе.

– Лор, мы еще не всех посмотрели! – возмутилась Тьяра, но Софья шикнула на нее.

Больше никакого ропота на внезапно завершившийся шоппинг не последовало, лишь недовольное сопение. Но мне на него было фиолетово. Я лишь краем зрения отслеживала, не отстает ли Беня.

И когда расстояние между ним и всеми нами увеличивалось, замедляла шаг.

На самом деле, досадовать, что не удалось обойти весь рынок, следовало не только Тьяре. Я тоже не посмотрела всех рабов. Вдруг среди них есть кто-то из ребят-менталистов, за которыми меня сюда отправили? Но я эту мысль отбросила: никто не будет продавать менталистов на рынке, как обычных рабов. Их дар слишком ценный, чтобы запросто ими разбрасываться.

Путь до гравикара предстоял небольшой, но преодолели мы его раза в три медленнее, чем по приезду.

Беня двигался вяло и неуклюже. Оно и понятно: израненное тело отзывается болью на каждый шаг.

Когда мы вышли на булыжную мостовую и казалось до гравикара рукой подать, меня ждал еще один подвох.

Острые камни не годятся, чтобы ходить по ним босиком. Если бы я помнила про этот участок дороги, то раздобыла бы своему невольнику обувь. И лишь потом мы бы отправились в путь.

Но память наряду с вниманием у меня оказались так себе.