Незабудки детства

– Пушок нашёлся! – решила Шурка, вскочила и полетела домой на «крыльях радости». Мимо нее замелькали незабудковые поляны-озера.

Шурка подбежала к ограде, толкнула ворота, желая поскорее увидеть своего Пушка. Но на пути Шурки, откуда ни возьмись, выросла подворотня. Она была здесь ещё до рождения девочки. Но именно сейчас подворотня появилась неожиданно и зацепила Шурку за левую ногу. Шурка попыталась удержать равновесие, но не тут- то было. Земля вдруг оторвалась от её ног, и Шурка взлетела над двором, долю секунды находясь в воздушном пространстве, а затем приземлилась, проехав всем телом, и чуть не уткнулась носом в крыльцо.

Несколько секунд стояла тишина, а затем тишину прорезал вопль: «А-а-а-а!».– Шурке хотелось перекричать боль счесанных коленок и локтей.

На шум из дома выбежала мать Шурки, круглолицая с огромными глазами цвета незабудок. Бросив подойник,она присела над дочерью, помогла ей подняться. Прижав голову дочери к своей мягкой груди, гладила её по голове, спине, приговаривая: «Ну, всё, всё.

» Шурка еле выговорила: «Пушоооок пооо-те-ряяяяя-лсяяяя»

– Найдётся твой Пушок, найдётся, – обнадёжила Шурку мать, подула на расцарапанные коленки и локти затем, продолжая приговаривать: «Всё, всё, всё,» – повела в баню. Там железным самодельным ковшом зачерпнула из ведра колодезную чистую воду, промывая ссадины от земли, умыла зареванное лицо, в тазу отмыла ноги, протерла их своей ночной рубахой.

Потом Шурка сидела за столом, припивая молоко с душистым хлебом. Лавка, прибитая по двум сторонам стены дома, была высокая, поэтому можно ещё долго наслаждаться болтанием ног.

Домашние Шурке внушали запомнить на всю оставшуюся жизнь, что у ворот есть подворотня и потребовали не забывать об этом. Пострадавшая клялась, что сейчас – то она уже никогда не забудет об этой подворотне. Молоко было прохладное после стояния в холодной колодезной воде, приятно охлаждало и успокаивало.

Пришёл на обед отец, такой же, как Шурка белобрысый – «копи Шурки». Под умывальником не спеша вымыл руки, лицо, замазанные мазутом, вытер руки «ручником» и уселся у раскрытого окна.

Привычным жестом скрутил цигарку, насыпав в нее табак, чиркнул спичкой и блаженно затянулся в ожидании обеда. Бабушка хлопотала на середе (кухне). Она проворно накрывала на стол. Положила перед отцом его любимую деревянную ложку, рядом поставила тарелку с нарезанным душистым хлебом. Дух от хлеба наполнил дом таким ароматом, что у Шурки аппетит удесятерился.