В глуби веков

Войско тронулось следом; оно не могло остаться на скалах, когда царь идет впереди. Волны захлестывали Александра, но он не останавливался, и войско шло за ним. Даже у старых, видавших много тяжелых походов воинов замирало сердце. Море – противник жестокий, оно похоронит их всех в это страшное зимнее утро. Но царь идет – и войско идет за ним. Идет, обреченное на неизбежную гибель.

И тут случилось что-то непонятное. Южный ветер вдруг упал, из-за гор поднялся ветер с севера и круто погнал волны обратно в широкое море, в холодную лиловую даль.

Воины шли по мокрой гальке, пораженные чудом, которое совершилось на их глазах, – море отступило перед их царем! Нет, тут дело не простое – Александру помогают боги. Видно, правда, что он с ними в родстве!

Воинам Александра – македонским горцам, пахарям и звероловам – было очень легко поверить во всякое чудо. Безудержная отвага их молодого полководца, его неизменные удачи при самых опасных положениях, когда он со своим войском выходил невредимым там, где всякий другой встретил бы гибель, – все это поражало воображение.

Шли целый день, огибая Памфилийский залив. Море порой отступало, далеко обнажая берег, порой возвращалось назад, и тогда македоняне шли по грудь в воде. Вода кипела среди камней, как в котле. Но теперь уже никакая опасность не могла остановить воинов.

К концу дня скалы отошли от берега, и широкая долина Памфилии приняла македонское войско.

– Неужели мы были там?

– Неужели мы прошли через эту пучину – и остались живы?

– Это чудо! Царь знал, что боги помогут ему!

Скоро по холмам запестрели палатки. Жарко запылали костры. Море шумело, мерцая вскипающими барашками волн.

В эту ночь измученное войско уснуло мгновенно. Но Александр еще долго не спал. Он сидел с землемерами и географами над картой, составленной ими.

– Где те дороги, по которым мы прошли?

– Вот они, царь… – Указка скользила по чертежу. Города, горы, реки, дороги…

– А узнали вы, далеко ли тянется этот открытый берег?

– Да, царь, узнали. Открытый берег тянется до города Сида. А там горы снова подойдут к морю.

– Значит, за Сидой персы высадиться уже не смогут?

– Говорят, что там нет стоянок, царь.