Приёмная дочь Бабы Яги

Мужчина пересёк кухню и открыл дверь в сени. Дождавшись пока ворон, вылетит, вышел в сени сам, затворив за спиной дверь. Что Мор уже улетел восвояси, девушка поняла, услышав тихий хлопок закрывшейся двери. Спустя мгновение в кухню вернулся леший.

–Ну, Ёжка, сказывай всё! – присаживаясь на ранее облюбованную лавку, потребовал хозяин леса. – Я так понимаю, что ты уже смекнула, кто папка с мамкой Ивушки.

–Я не могу с уверенностью сказать, кто мать, – вздохнув, признала царевна и тихонько добавила, – а отец её, похоже, царевич Иван Светорецкий.

–Вот оно как, – задумчиво потёр подбородок леший и, нахмурив кустистые брови, спросил. – Чего же он тогда от неё избавиться решил? В батюшкиной казне деньжат не хватило, чтобы ребёнка прокормить?

–Не знаю, – пожала плечами Златослава и с недоброй улыбкой добавила, – но рано или поздно я до правды доберусь. Помяни моё слово!

На это ей Хмурич ничего не сказал, только смерил Ёжку задумчивым взглядом и кивнул, мол, верю, доберёшься, дознаешься. Терентий тоже искоса поглядывал на свою Ягусю зелёным прищуренным глазом и тихонечко вздыхал.

Мудрый старый фамильяр был убеждён, что есть такие знания, которые не принесут должного успокоения, а только накалят страсти великие и как бы до беды не довели. Только разве переубедишь эту самоуверенную и рассерженную Ёжку? Нет, не убедишь. Теперь пока всё не разузнает, не успокоится. Ему же, Терентию, как верному фамильяру придётся проследить, чтобы Златка совсем уже в плохую историю не вляпалась. Ему, увы, только приглядывать, и остаётся, потому как остановить упрямую Бабу Ягу, Реньке не под силу.

–Замуж тебя, Златка, надо отдать, – задумчиво выдал кот, запрыгивая на подоконник.

–Ой, ну тебя, Ренька, со своим замужеством! – отмахнулась Злата от кошачьих слов.

–Не с моим, упаси Мать-Земля! – с притворным возмущением отозвался фамильяр. – Я сейчас про твоё замужество говорю, вредная ты Ёжка. Мужа тебе надо! Му-жа! Чтобы стукнул по столу и запретил всякие дурости творить…

–Мысль здравая, – согласился с котом леший.

Два изучающих взгляда осмотрели насупленную Ёжку с головы до пят, будто оценивая пригодность этой самой Ёжки к замужеству. И кот, и леший одновременно кивнули, подтверждая годность Бабы Яги в качестве чьей-то предположительной супруги, за что были одарены сердитым взглядом и выразительно показанным кукишем.

–Ну и дура! – припечатал Терентий и, демонстративно отвернувшись, принялся изучать разбушевавшуюся за окном метель.