Исчезнувшая Хюррем. Жизнь за жизнь

Нетрудно было догадаться, что это была Гизем. Хюррем хотела поймать проказницу, чтобы погладить, но кошка не далась. Она убежала к дверям и выжидательно села там, помахивая хвостиком и сверкая своими загадочными глазами. Опустив ноги в толстый ковёр, Хюррем прошла до двери. Как будто только и дождавшись этого, Гизем выскользнула за дверь. Это было даже забавно, и Хюррем, не задумываясь, вышла в коридор.

Пройдя до конца коридора, она заметила, что входная дверь была приоткрыта. Это было странно, и Хюррем осторожно стала подходить ближе, прихватив на всякий случай подсвечник потяжелее.

Вскоре стали слышны и голоса. Разговаривали Периде и, как ни странно, Мерием.

– Скажи мне, кто он! – говорила Мерием.

– Говорю тебе, откуда мне знать.

– Но ты видела его, сама же сказала.

– Его лицо было закрыто.

– Он разговаривал с тобой?

– Сказал держать в порядке дом, а сад не трогать.

– Ну, скажи хотя бы, каков рост, голос, мне очень любопытно!

– А ну хватит, заходи в дом! – голос Периде хатун стал сердитым.

– Позволь ещё немного подышать, такой воздух…

– Довольно, потом еще поговорим.

Хюррем еле успела шагнуть за колонну, как Мерием вошла в дверь и прошла по коридору. Хюррем поспешила в свою комнату, стараясь не шуметь, и легла в постель. Через какое-то время к ней заглянула служанка, но султанша притворилась спящей. Всё это было очень странно. Хюррем чувствовала всем нутром, что здесь что-то не так. Почему это Периде разрешила выйти её служанке в сад, что это за доверие такое.

Как странно они разговаривали, как будто знают друг друга, хотя днём и двух слов не сказали между собой. О ком расспрашивала Мерием, хотя это и так понятно, о хозяине этого дома, о том, кто держит их в плену. Их или же только её…

Хюррем очень не хотелось думать, что её служанка Мерием – предательница, но по своему горькому опыту она знала, как часто предают слуги. Будь она во дворце Топкапы, то знала бы, что ей нужно делать в данной ситуации, однако здесь среди чужих людей в незнакомом доме нужно было крепко подумать, как действовать.

Хюррем не могла в таких условиях устроить, например, допрос с пристрастием, а ведь он бы сразу раскрыл все тайны.

Она вспомнила свой недавний сон про тетрадь Луки. Он был настолько реален, валиде, как живая, да упокоит Аллах ее душу. К чему вдруг приснилось это, когда уже пройдет тот давний страх… От Луки было ещё и письмо, из-за которого Хюррем тоже могла очень сильно пострадать.