Догони меня

Но сейчас, глядя на его растерянный взгляд и слушая повторяющиеся вопросы, начинаю сомневаться в адекватности принятого хозяином клуба решения.

– Вот, смотри, – уже раздраженно показываю ему график работы сотрудников, пытаясь сложить скрипящие в его голове пазлы, – Распределяешь посменно, чтобы все по очереди, но без пропусков и переработки. Понял?

– Ага, – блеет бывший напарник и, нервно сглотнув, уточняет, – Может извинишься перед шефом?

– За что? – сдвинув брови, спрашиваю, глядя в распахнутые явно не от счастья глаза.

– Ну-у… – тянет Митя, лохматя и без того торчащие волосы, – Попсихует и простит, а я за тебя тоже слово замолвлю.

– Не надо, – вздохнув, обламываю его надежды на спокойную жизнь, – Сразу ясно было, что мне тут не место.

– Куда пойдешь? – тянет, скептически оглядывая меня с головы до ног, – Ты прости Гриш, но на офисного клерка ты не тянешь. Да и костюмчик на тебя не всякий сядет.

– Никакой не сядет, – хохотнув, пытаюсь разрядить обстановку, – Найду… Не твоя забота.

– Мы еще закрыты, – слышу предупреждающее от входной двери, – Приходите через час.

– Я не в клуб, – ответ смутно знакомым голосом, – Я к Григорию…

– По работе? – удивленно-вопросительно продолжает докапываться охранник.

– Да, по работе, – отзывается посетитель и, обернувшись, я не менее удивленно наблюдаю за приближением вчерашнего спасенного мной мужчины.

– О-о, – тянет Митя, – Это из-за него тебя поперли?

– Не поперли, – поправляю почти бывшего коллегу, – А сам ушел.

Наш диалог ожидаемо слышит подошедший, как его там… Мирон и, взъерошив волосы, виновато косится на Митю.

– Привет, – бросаю равнодушно, – Недостаточно вчера отдохнул, как я посмотрю?

– Можем поговорить? – смутившись, просит Мирон и, переведя взгляд на Митю, добавляет, – Наедине…

– Да пожалуйста, – показательно равнодушно фыркнув, подрывается сменщик и, насвистывая, удаляется в сторону бара.

– Ну-у? – тяну нетерпеливо, разглядывая явно нервничающего Мирона.

– Я это… – мнется он и, вздохнув, вытаскивает из внутреннего кармана пиджака и кладет передо мной увесистую пачку денег, – Поблагодарить хотел.

– То есть ты решил, – аккуратно отодвигаю от себя стопку зеленых, – Что я спас тебя от разводил, чтоб нажиться самому?

– Благодарность же… – проблеял опешивший Мирон и, прищурившись скептически уточнил, – А ты что, принципиальный что ли?

– Ну, допустим, – сверля его взглядом, ворчу я.