Догони меня

Подать в суд тоже не вариант, доказать я ничего не смогу, а нервов и денег истрачу уйму. Лучше я эти деньги направлю на лечение и восстановление своего организма, и пусть не сразу, но через пару-тройку лет малыш у меня все-таки будет.

Рабочий день прошел как обычно, хотя под напором подруги пришлось-таки рассказать все новости похода к Максу, включая неприятные. Подруга бушевала, материлась и призывала на голову моей свекрови все кары небесные, но в итоге тоже признала, что судебное разбирательство мне ничего, кроме новых проблем и расстройств, не принесет.

Тем же вечером, поднимаясь по лестнице домой, я постаралась настроить себя на позитивный лад. Бабушке о своей деликатной проблеме раньше не рассказывала, боясь расстроить, и сейчас не планировала посвящать ее в неприятные новости. Все будет хорошо, в это я старалась поверить, следуя наставлениям доктора Максима.

Но зайдя домой, обнаружила сюрприз, очень неприятный сюрприз… На кухне при полном параде, включая не снятую уличную обувь восседала моя свекровь, то есть бывшая свекровь.

Раздевшись, я молча прошла на кухню и, сложив руки на груди, уставилась на ненавистную «мамочку» с нескрываемым пренебрежением.

– Ничего не докажешь, – зло выпалила мама Вадима, брезгливо отодвигая от себя, предложенный бабушкой чай.

– О чем вы? – загадочно уточнила я, незаметно включив диктофон на телефоне и откладывая его на столешницу рядом с собой.

– Ты знаешь, – намекнула «мадам» Игнатова и, покосившись на бабушку, добавила, – Можем мы остаться наедине?

– Больно надо, – фыркнула бабушка и аристократично прошаркала из кухни, ожидаемо замерев за углом.

– Зачем вы это сделали? – сухо поинтересовалась я, поморщившись от понимания, что бабушка теперь все-таки узнает о моей проблеме.

– Я сразу была против вашего брака, – поджав губы, прокаркала свекровь.

– Но раз все случилось, то… – вздохнув, попыталась взять себя в руки и выяснить все до конца, – То вы же понимали, что не даете родиться вашим внукам.

– Есть у меня внук, – ошарашила меня «мадам», и поправила сама себя, – То есть внучка.

– Что-о? – не веря, хмыкнула я.

– Вот, – порывшись в своей сумке, протянула мне фотографии, – На случай, если ты не веришь.

– Но, чья она? – дрожащими руками перебирая фотографии Вадима с маленькой девочкой на руках, уточнила я, – Я не понимаю…

– Гульнул он неудачно, – фыркнула свекровь, – Девочку у непутевой матери мы забрали сразу после рождения. Я временный опекун.