Чужая игрушка

Захныкав, я отвернулась к стене, пытаясь нащупать подушку, чтобы спрятаться под ней. Подушки не оказалось, вместо стены я нащупала холодное стекло, а кровать чувствовалась как-то странно неровной, ещё и шея затекла и нещадно ныла.

– Таська, – потрясла меня за плечо Дарина. – Подлетаем к Дубаю. Просыпайся, а то всё самое интересное пропустишь.

– Дубай? – удивлённо переспросила я и, охнув, резко села и открыла глаза.

С трудом сфокусировала взгляд и, оглядевшись, наконец-то вспомнила, где мы. Салон самолёта, низкий гул, ряды кресел и дремлющие пассажиры.

А мы летим в Лондон… Вернее, подлетаем к Дубаю.

– Я что так долго спала? – округлив глаза, прохрипела и, поёрзав в кресле, зашипела: – Судя по позывам мочевого, так и есть.

– Я сама недавно проснулась, – склонившись ниже, прошептала Дарина и, скосив глаза в сторону, добавила: – А наш наставник, похоже, вовсе не спал.

– Ну, он крупный мужик, – мельком глянув на копающегося в ноутбуке Дмитрия Сергеевича, заметила я и, пожав плечами, предположила: – Нам с тобой и половинки таблетки на двоих хватило бы.

– Наверное, – буркнула подруга и, покосившись на сидящего в соседнем ряду наставника, вздохнула: – Только вот он бодр и вёсел, а мне, как будто по голове кто-то ударил.

– И мне, – подтвердила я, потирая виски и, потянувшись всем телом, ойкнула: – Выпусти меня, а то мочевой сейчас лопнет.

В туалете быстро справила нужду и, умывшись, расчесала и убрала в хвост растрепавшиеся волосы. Вернувшись на место, обнаружила, что Дарина пересела к окну.

И не просто пересела, а прилипла к нему, с открытым ртом разглядывая открывшиеся виды.

– Смотри-и-и, – восторженно позвала она, а я, глянув в иллюминатор, напрочь забыла, что хотела возмутиться по поводу бесцеремонно отжатого ею места.

– Ух ты, – выдохнула восторженно, притискивая подругу ещё плотнее и прилипая к стеклу носом. – Какая красота!

Посмотреть действительно было на что. Самолёт постепенно снижался, отчего уши слегка заложило. За бортом, куда ни глянь, блестела вода.

Красивого синего, местами бирюзового цвета, переливающаяся и отражающая солнечные лучи. Боясь пропустить такую красоту, я почти не моргала. Вскоре вдалеке показалась полоска суши, которая стала стремительно разрастаться, превращаясь сначала в побережье, а потом в огромный город.

Серые высотки, блеск стекла, росчерки магистралей, – всё это напоминало очень большой муравейник. Местами виднелись зелёные пятна парков и зелёных зон.