Цена любви

– Грош цена твоей любви, – фыркнула я и так же, как он недавно, загибая пальцы, перечислила: – Ты самоуверенный, упёртый, не считающийся с моими чувствами, мнением и мечтами баран.

– Грош цена, говоришь? – зло прошипел он. – Ну что же Лариса, не хотел я тебе это рассказывать, но похоже придётся.

– О чём ты? – растерялась я, предусмотрительно вскочив с лавочки и отойдя к забору.

– Твой отчим занял денег у моего отца.

– Когда? – опешила я.

– Почти год уже, – тоже встав, приблизился Макс. – А отдавать не торопится, и мать твоя об этом не знает.

– Много? – судорожно сглотнув, недоверчиво уточнила я.

– Ему тогда на машину не хватало, – загадочно протянул Макс, а я, ахнув, прикрыла рот ладонью.

– Но при чём здесь я? – без особой надежды, проблеяла я.

– Сама подумай, – подойдя вплотную и взявшись рукой за прутья ограды за моей спиной, вкрадчиво намекнул он.

– Отчим брал, с него и спрос, – заикаясь, буркнула я.

– Ну не знаю, – склонившись к моему лицу, прошептал Макс. – А вдруг он работу потеряет? Помнишь же, кем работают мои родители? А скоро еще малой приплюсуется…

– Это подло, – прошипела я, пытаясь отойти, но Макс отгородил мне путь, взявшись за ограду и другой рукой.

– На войне и в любви все средства хороши, – обжигая дыханием, прошептал мне на ухо.

– Ты объявляешь мне войну? – гордо вздёрнув подбородок, огрызнулась я.

– Хотел любовь… – пожал он плечами и, отстранившись, посмотрел мне в глаза и улыбнулся. – Война в мои планы не входила.

– Какой же ты всё-таки… – прошипела я, но глянув через его плечо, заметила выходящую из здания Ирину Тимофеевну.

– Ларочка, – окликнула она меня, и Макс тут же отступил в сторону. – Идём, деточка, я освободилась.

– Я провожу, – шагнул вслед за нами Макс.

– Не стоит, Максим Иванович, – с нотками металла в голосе пропела Ирина Тимофеевна. – У нас с Ларочкой планы.

– Ещё увидимся, – скрипнув зубами, бросил Макс и, резко развернувшись, ушёл в сторону школы.

ГЛАВА 5

Лариса

– Ну, что, – спрашивает Ирина Тимофеевна, стоит Максу скрыться внутри здания.

– Я, пожалуй, домой пойду, – пиная носком невидимый камушек, бурчу я.

– Та-а-ак, – тянет слишком проницательная учительница. – Что он успел тебе тут наговорить? Запугал?

– Нет, – краснею, по ощущениям даже там, где заметить сложно.

– Идём, – командует, поджав губы и, не дожидаясь моей реакции, добавляет: – По дороге расскажешь.