Целительница будущего короля

Когда раздалось счастливое повизгивание, было уже поздно: мастифы окружили меня. В холке они достигали моей талии, так что у меня против них не было ни шанса. Они егозливо вертелись, тыкались в меня мордами.

Жалобно оглядываясь, заметила Герцога. Не Кайдена, а пернатого: орёл сидел на крыше конюшни и, недовольно нахохлившись, смотрел на меня в окружении радостных псов.

Меня попытались лизнуть в нос, но я прикрылась рукой, попятилась – наткнулась на мощное собачье тело, увернулась ещё от одной восторженной морды, от другой, а об мои бока тёрлись псы, пытались отпихнуть друг друга, чтобы обнюхать и подсунуться под руку.

– Да хватит уже, хватит! – я отмахивалась, пыталась протиснуться между псами, но тщетно.

Гладить никого из них я не собиралась – а то снесут.

– Сидеть! – Кайден сказал негромко, но псы сразу сели.

Кружком, в центре которого осталась я.

Псы, вывалив языки, влюблённо смотрели то на меня, то на Кайдена.

Он вёл под уздцы белоснежных коня и лошадь. Причём лошадь была с женским седлом, на котором я совершенно не умела ездить. Конечно, как целитель я могла не опасаться боли в мышцах и даже падение вряд ли станет для меня смертельным, но…

– Ты им понравилась, – сказал очевидное Кайден.

Псы радостно виляли хвостами и поскуливали, но не вставали.

– Разойдитесь, – велел Кайден, и два пса отступили, открывая мне путь к лошади с удивительно изящным женским седлом.

Лошадь была слишком высока, чтобы я могла легко взобраться на неё в тяжёлом бархате одежды.

«Да что я всё смущаюсь? Зачем думаю, как всё двусмысленно кажется со стороны, если и так все решат, что я его любовница? Главное, я знаю – это не так», – кивнув своим мыслям, я решительно подошла к Кайдену и откинула полы плаща.

– Помоги, – приказал Кайден в сторону.

Ближайший мастиф, повиливая хвостом и преданно глядя на него, лёг между мной и лошадью живой подставкой.

– Не бойся, – усмехнулся Кайден и подал мне руку.

Опираясь на неё, я встала на широкую спину пса и подтянула подол. Кайден демонстративно не смотрел на открывшуюся лодыжку, но стремя с красивым кованым узором придержал. И даже так происходящее казалось слишком интимным.

Рывком я взгромоздилась в седло.