Жизнь и смерть князя Святослава. Князья и воины

Хотя такая слава о нем уже бытовала. Но нужно было все сделать для того, чтобы остановить их.

Мефи появился неожиданно, когда князь, откинувшись на кресле, закрыл глаза. И снова увидел картину сражения, мелькали копья и всадники, щиты и мечи, и падали, снова падали люди, свои и печенеги.

– Ну и как празднуешь? – вклинился бес.

– Отдыхаю, – спокойно отвечал князь, – а ты, как погляжу, на помощь торопишься? – упрекнул он черта.

– Ну почему же, я был там и все видел, и больше, чем ты сам, я даже руководил тем, что там творится, – похвастался он, – и великим воеводой себя представлял, – усмехнулся он, – и мы выиграли то сражение.

– Хорошо так воевать, – начал злиться Святослав, но бес его оборвал:

– Каждый воюет, как может, это твоя первая битва, вот ты и показал, на что способен, – рассуждал рогатый.

Князь молчал, его поразила странная догадка:

– Так значит, перевес ты помог создать, а если бы тебя там не было

– Вовсе нет, – быстро отвечал бес, – ну может самую малость, когда дело было уже сделано.

И он хихикнул, видя, что князь догадлив.

Но Святослав понимал, почему в равной схватке победил все-таки он, да еще и ни одной царапины не получил. Вот и злился он на беса, уверенный, что его там не было, а когда узнал, что он там был, опять злился, может оттого, что держал его в неведении.

Это называется везением, удачей, когда при равных силах и упорном сражении побеждает кто-то один, и самому победителю порой непонятно, почему так получилось.

– Мне нечего было бояться, погибнуть я тоже не мог, но так часто казалось, что конец близок.

– Ты выдержал испытание, – подтвердил Мефи и держался на высоте.

– Да, но какой ценой, – вздохнул тот.

Глава 18 Первые шаги

И снова наступил рассвет. Для юного князя началась совсем другая жизнь. Это была жизнь воина. Болели руки и ноги, все напоминала о вчерашней сече. А в княжеском дворце все было по-прежнему, словно ничего не случилось.

Он заглянул в свои покои. Княгиня сразу заметила его вторжение и улыбнулась, хотела что-то сказать, но промолчала. Он захлопнул дверь и отправился дальше. Говорить с ней не хотелось, что она могла знать, что понимала из того, что в мире творилось? Лгать и притворяться он не собирался, а сказать то, что думает, не мог, ради собственного спокойствия.

Он сделал ее княгиней, вот и пусть радуется, и не вмешивается в то, что творится.