Убийственная страсть. Литературный детектив

Яна показалась более храброй девицей, может потому что чувствовала свою невиновность, вот она и заявила:

– А почему вас Кристина не интересует, лучше бы выяснили, как она умудрилась сдать зачет. Там тоже вряд ли все может быть чисто.

Марина пробовала ее остановить, мол, не хорошо, себя выгораживая, топить других, но она останавливаться не собиралась. В такой серьезной ситуации, как на войне, все средства хороши.

– А я что не права, кто-то верит в то, что она могла бы сдать его обычным способом, при ее – то познаниях, которые равны нулю, там никаких проблесков нет вообще.

И Андрей Юрьевич это каждый раз подчеркивал, а тут возьми да и сдай так просто, даже не вспотев. Одна из первых вышла счастливая и зачеткой трясти начала, отличница, блин.

Она усмехнулась самодовольно, прогоняя остатки страха в своей душе.

– Ну не всегда оценки получаешь за то, что знаешь и не знаешь. К каждому из нас можно сие применить, – отвечала Марина, пожав плечами. – Иногда все знаешь, и тройка. Иногда ничего не ведаешь, четыре, а то и пять, каждый тебе такую историю расскажет.

Она была тихой и задумчивой, то ли ей было что скрывать, то ли она просто медленно думала, пытаясь найти правильный ответ не только на заданные вопросы, но и на те, которые еще только будут задаваться. Кстати, ее единственной не было среди тех, кого допрашивали следователи, следя за реакцией тех, которые оставались на задних рядах и, конечно же, слышали все, о чем говорилось. Но именно этого и добивались следователи, потому что пока никаких зацепок у них все равно не было, и таить было нечего, вдруг в общей толпе кто-то проговорится.

Неожиданно следователи поднялись и простились со всеми, предупредив традиционно о том, что они еще могут понадобиться, если выяснятся какие-то новые обстоятельства дела. И только покинув здание института, они переглянулись.

– Ну что, дело сделано, – усмехнулся майор Орлов, – мы нашли преступников, эти девицы вполне могли рассчитаться с ним, нож как-то не очень, правда, вот если бы какой хрустальной вазой шарахнули или кубком потяжелее, тогда да, а так, слабо верится, но быть может всякое.

Это было бы нагляднее. А так как-то не очень, ни одна из них на мясокомбинате не работала, в спецназе не служила, чтобы так вот просто взять и с ним разделаться. И всадить нож так, чтобы мгновенно наступила смерть.

– Подожди еще не вечер, и возможно не мы будем крутить дыры для звезды на погонах.

– Но ведь дело ясное, что дело темное.

– Что дело темное.