Яблоко раздора. Елена Прекрасная

– Я слышала эту печальную историю, Афро оказалась слишком жестокой, а Психея любопытной, разве она не помнит, что стало с Орфеем, нельзя нарушать условий.

Вот и случилось то, что случилось.

– Но разве нельзя обойтись без всего этого? – возмутился Эрот.

– Твоя матушка хотела, чтобы ты пережил то, что и она недавно с Адонисом, ведь все возвращается. Думаю, это справедливо.

Эрот готов был выслушать все упреки, если это поможет делу, да и опыту набраться.

Потом бросился Эрот в ту пещеру, где Пан пока спрятал Психею – они прибыли на остров втроем.

Он разыскал проклятую шкатулку, из-за которой такая беда случилась, при помощи заклятий, о которых поведала Цирцея он отправил туда сон и захлопнул шкатулку да так, что никто ее больше открыть не сможет, даже если захочет, но Пан захватил ее с собой, вот и пусть теперь Афродита с ней развлекается.

Только после этого они с Паном принялись будить Психею, ведь нужно было вернуть ее назад. Разве зря было проделано столько усилий.

Медленно пробудилась Психея, смотрела вокруг —ничего не могла понять- где они находились, откуда взялся Пан.

Эрот рассказывал ей, что все страшное уже позади, теперь она может быть спокойна.

– Тебе нечего больше бояться, Цирцея не оставила нас, и ты спасена.

Наперебой они стали рассказывать обо всем, что произошло.

№№№№№№№№№

К тому времени Аид и Ний узнали о том, что Психее удалось спастись, хотя они уже и забыли о ее существовании.

Ний чувствовал себя обманутым, и не грозным Зевсом, не пройдохой Гермесом, а всего лишь Эротом, правда, за его спиной стоял Пан, но это чудовище было грозным только с виду, они не принимали его всерьез.

Боги тьмы на этот раз признали свое поражение.

Орфей оказался бессильным в свое время – Эрот спас свою любимую, он не так уж слаб и беспечен, как кажется.

Персефона, узнав, что Психея спасена, разбужена, и очень обрадовалась. Она особенно болезненно переживала все шутки темных богов, понимая, как все жестоко и несправедливо может получиться.

Порадовалась, что эти издевательства продолжались не слишком долго. Но самое главное, Эрот после всего пережитого вряд ли останется тем наивным шутником, который так легко приносит несчастия другим.

Тот, кто столько пережил, должен задуматься о других.

– Мальчишка спас ее, – размышляла Афродита, – а вот меня бы никто не подумал спасать.

Но самым горьким и обидным для богини было то, что помогала им ее близкая подруга Цирцея.