Восставший из пепла. Князья и воины

Только теперь поняла она, отчего так вела себя Ольга в свое время, как чувствовала себя Ефросинья Ярославна – дочь Галицкого князя, жена несчастного князя Игоря, почему она оказалась на такой высоте, которая недоступна была никому из иных жен.

– Не только я должна гордиться своим мужем, – размышляла княгиня, но и он будет мной доволен.

Она верила старцу безгранично. И когда узрела его, то заметила улыбку на его лице. И только потом она убедилась, что перед ней еще довольно молодой человек, хотя речь и неторопливые движения делали его походим на старика.

Сколько времени нарядная, вдохновенная, стояла она перед ним и смотрела на человека в рубище, никогда бы такую рясу не надели на себя ее священники, и все же он не только этим от них отличался. Кажется, он обрадовался ее появлению. Наверное, если бы он не захотел с ней встречаться, то так бы сразу и сказал. Ведал он и о том, кто она такая, и сказал, что прежде такой славной княгини не знал.

– Ты дивишься тому, как живу я, – услышала княгиня, – только не так много и надо тому, кто богу своему служит.

– Но разве в мире среди людей бывает такое?

– А почему нет, издревле так было, не до конца еще прошел я этот путь, но понял давно, что лучше черный хлеб и свобода, чем клетка золотая да белые пироги. Жизнь и так быстро проходит, а в суете и не заметишь вовсе, как нет ее больше.

– Может и так, правда твоя, но ведь мы уходим и снова ворочаемся назад.

– А вот когда воротимся, там и видно будет, что дальше делать, только пока надо в этой что-то поспеть.

Как долго они говорили, княгиня вовсе не хотела уходить из этого довольно пустого места.

– Тебе надо идти, – услышала она голос отца Сергия, – не навлекай на себя гнев твоего митрополита, да и муж твой скоро воротится, пусть они будут спокойны, потому что много у них забот иных.

Она молча взглянула на него, и прибавил добродушно Сергий:

– Приходи сюда, когда вздумается, но возвращайся туда, где быть тебе должно.

Он вспомнил невольно о том, как взрослые и выносливые мужи, пришедшие с ним когда-то сюда, которых и с миром почти ничего не связывало, не выдержав этой жизни, уходили назад, а что говорить о хрупкой жене князя Дмитрия? Нет, там ей жить нужно, где она навсегда и осталась тогда. Иначе все нарушится в этом мире, никакого порядка и покоя не будет там больше.