Восставший из пепла. Князья и воины

Остается верить только, что ему кроме Твери хватит других земель.

Он думал до самой глубокой ночи. А ему придется если не подчиниться, то сидеть и ждать, а потом снова выдавать себя жертвой. Пусть сам Дмитрий идет на него, он не даст ему повода для того, чтобы усомниться в себе, да и не так силен он, чтобы на верную погибель идти. А если выжил в темнице, то помереть на поле брани просто так он не собирался. А если действовать разумно, то и проклятые татары ему во многом могут помочь. Девица Дмитрий поможет ему действовать разумно.

№№№№№№№№

Любава лежала в пустой постели, не смыкая глаз. Она ждала появления князя. Ей казалось, что тот должен появиться. Если он так труслив и не станет выступать против князя, то против такой девицы, как она, он все-таки что-то сможет предпринять. Она усмехнулась, представив, каким может оказаться этот бунтовщик в постели. Она смогла бы сравнить его с Дмитрием, посмотреть, кто из них лучше окажется. Бабка всегда говорила, что проверить мужчину можно только на ложе, там и добиться от него всего, чего только твоей душе угодно.

Завершилась трапеза, в гридне было тихо, слуги улеглись, а она все ждала и ждала его появления, и стала понимать, что ждала его напрасно. Потом и светать стало. Михаил так и не появился. В том, что он любил жену и был верен ей, она сомневалась, не из такого теста князь слеплен. В том, что у него есть наложница, не сомневалась, но тем более интересно эту ночку с кем-то другим провести. А может он и вовсе ни на что не годится? В том, что князь мог оказаться разборчив, и она не привлекала его совсем, она даже и не подумала.

Любава понимала, что ничего у нее не получается. Месть так и останется неосуществленной. А от этого было погано на душе. И хотя ослепительно светило солнце, ей показалось, что тьма сгущается, и лучше заблудиться в этой тьме.

ГЛАВА 23 НА ПЕРЕПУТЬЕ

Михаил отправил тайного посланника к Дмитрию, и велел говорить о том, что он сбежал от князя, предал всех, кого знал и любил. Потому тот стал говорить о союзе с московским князем.

– Ты должен убедить его в том, что все так и есть, наша Тверь окажется свободна, только если этот юнец поверит тебе. Если этого не случится – пиши пропало, – говорил он медленно и сердито.