Восставший из пепла. Князья и воины

Место, которое вчера еще казалось ей настоящей крепостью и убежищем, а таким оно тогда и было, превратилось в какой-то каменный мешок. Княгине казалось, что ее бросили в темницу. Ей же хотелось поселиться в бревенчатом тереме высоко, так чтобы к небу было ближе, чем к земле. Никаких камней, только дерево, которое живет и дышит по-прежнему. Но через минуту она представила, как полыхало ее воображаемое жилье, если Ольгерд со своими воинами приблизится к нему. А что от него тогда останется? Была чудовищная несправедливость в том, что она оказалась совсем одна, и кругом были только камни, и ничего кроме камней.

Но еще хуже стало вечером, когда ужин завершился как-то поспешно, все разошлись по своим комнатам. И только пара служанок осталась с ней рядом.

Сразу вспомнились все страшные истории, которые с самого детства слышала она. Тут же заметила княгиня белую фигуру – стояла перед ней Анна Кашинская в черном монашеском одеянии. И говорила она хотя и тихо, но каждое слово слышала княгиня:

– Сначала мужа моего привезли мертвого, потом старшего сына Дмитрием мы его звали, потом и Александра с внуком Федором, оставалось мне их только встречать да хоронить, ничего другого мне в этой жизни больше не оставалось.

– Ныне иные времена, мой муж и те, кто с ним, покончат с этим.

– С этим покончат, другие найдутся, когда было такое, чтобы братья не воевали. Может только княгиня Ольга могла удержать, да где теперь такую княгиню найти. Одни затравленные и несчастные только в мире этом и остались.

А мужи наши только и готовы сражаться до самого конца.

Княгиня в те дни становилась все печальнее. Слова призрака запомнились ей, все яснее становилось, что живут они во времена глухие. Но хотелось только, чтобы муж ее победил Мамая и землю свою от рабства освободил. Пусть между родичами и братьями мир и порядок остается. Ведь до вторжения татар только и были ссоры и раздоры между братьями, вот и ослабли они так, что любой Батый смог их спокойно захватить и подчинить себе.

Не было тогда числа убийствам и коварству. Ведь не для битв одних приходят они в мир. Жизнь не должна уничтожаться потому, что кому-то и что-то захватить хочется.

Вот об этом после бессонной ночи княгиня говорила с митрополитом. Она хотела услышать что-то самое важное для себя. Но священник молчал, слушая ее пылкие речи. И стала она спрашивать, как после победы над татарами примирить родичей, заставить их оказаться от сражений.