Воин грозного князя. Сказ об Илье Муромце и Соловье-разбойнике

Всполошилась кошка – ведьма, она стала носиться и кувыркаться, словно приглашая юношу поиграть. Но он только смотрел на нее и улыбался.

И тогда Лада решила прибегнуть к хитрости. В одно мгновение она воплотилась. Богиня остановилась перед окном, из которого на нее взирал Илья. Он шевельнулся и потянулся к окну, не веря глазам своим. Но, словно вспомнив что-то, он опустился на прежнее место. Она все еще стояла и манила юношу. Но он только напрягался и не мог оторваться от сундука, на котором сидел. Он не знал, что должен сделать и как поступить.

Но даже голоса подать, слова не мог он вымолвить – настолько сильным казалось очарование.

№№№№№№

В тот миг, в своем Киеве князь Владимир испытал какое-то странное волнение, оно было таким неприятным, что настроение у него надолго испортилось. Он пытался понять, что же случилось, но ничего такого не было и в помине, и все-таки он не мог оставаться спокоен.

Богатыри были теми же самыми, они ссорились и мирились. Враги были далеки от града его, никакой реальной опасности он не чувствовал.

Князь направился к Рогнеде. Он всегда шел к ней в скверные минуты. Она только сверкнула очами своими, но ничего ему не сказала. Она не собиралась бросаться на шею и становиться ласковой и счастливой. Он все меньше понимал, чего же таким как она было нужно.

День был обычным, но все-таки он запомнил его, словно в мире случилось что-то, что перевернет все и его жизнь в том числе.

ГЛАВА 22 ЧУДО ИЗ ЧУДЕС

Илья сидел перед окном, словно завороженный.

Он догадывался, что перед ним появилась не женщина, а богиня. Она просила его подняться и подойти к ней. Она звала и, наверное, знать не знала, что он неподвижен с самого рождения.

– Я не могу ходить, – выдохнул он, словно богиня могла не знать чего-то такого. – Я не могу подойти к тебе, зачем же ты зовешь меня? – говорил он растерянно, и готов был разрыдаться.

– Ты обманываешь себя, – услышал он мелодичный голос, скорее похожий на песню, чем просто на слова.

– Но это так, – я не могу ходить.

Это известно всем, только ты не знаешь этого.

Он начал немного сердиться от того искушения, которое она ему дарила, а она улыбалась все нежнее, все пленительнее. Ей была известна какая-то вечная тайна, о которой он еще не догадывался.

– Все могут ошибаться, – уговаривала его Лада, – если ты захочешь, то поднимешься и пойдешь ко мне навстречу.

– Ты причиняешь мне боль, – вырвалось у него. Отчаяние все сильнее сковывало его душу.

– Но боль проходит.