Водяные, Лешие, Русалки. Духи заповедного леса

Он разбросал их в разные стороны, отряхнулся, и еще попинал немного лежачих, а потом спокойно пошел прочь.

– Ты достал меня, и я больше не буду с тобой возиться, – бросил он Егору на ходу и еще раз плюнул в его сторону.

Тот не нашелся, что ответить, но понимал, что дела его очень плохи. Черт никогда никому не угрожал, и потому забывал о своих угрозах.

№№№№

Были взбудоражены все черти в окрестностях. Только Тише никто не потрудился поведать о том, что же там происходит, из-за чего начался весь этот сыр и бор.

Он спокойно развлекался со своими детишками, учил их уму разуму, показывал, как за лесом надо ухаживать и среди этой суматохи страшной, казался самым добрым и спокойным духом. Правда, он заметил, что один из его сыновей странно похож на Егора, но не придал этому никакого значения – всякое бывает в мире, чего только не случается.

– Ничего случайного не бывает в мире, – усмехнулся Федор, повторяя его мысли и поражаясь его наивности.

– Я согласен с тем, что жене твоей и в голову прийти не могло, сравнить, какой Леший с ней был, пока ты в другом месте околачивался, но Егор, этот блудливый осел, он-то все хорошо знал.

– Она ни в чем не виновата, – воскликнул Тиша, – а как вы с Ягой вместе могли просмотреть этого типа?

– Но ты сам первый ходил к нему. Говорил с ним о любви, в гости, наверное, приглашал, – напомнил ему о старых событиях Федор.

Тиша понимал, что Федор был прав и еще раз убедился в том, что добрыми делами в подземный мир только дорога стелется.

9

Слухи о странном происшествии в заповедном лесу, и похождения Лешего с пакостной человеческой душонкой не могли рано или поздно не дойти до Лесного Царя.

Егор и прежде был у него на особом счету, а теперь стал просто чудовищем, в обличие лешего.

– Ты шагу больше ни в этот, ни в свой лес не сделаешь, – сердито завил он. – Федор тебя уже предупреждал, мы дали тебе еще один шанс, как ты этим шансом воспользовался? – от всей души возмущался он.

Егор слушал молча, он стал бы умолять о прощении, если бы грозный царь позволил ему говорить, но этого не случилось в тот миг.

– Ты шагу больше не сделаешь в этот мир, если я увижу тебя здесь, то ты будешь в самом дальнем омуте, из которого тебя никто и никогда освободить не сможет, – таков был странный и страшный этот приговор.

– Черти тебя хорошо будут охранять, – это я обещаю, – говорил ему Федор сердито на прощание.