Водяные, Лешие, Русалки. Духи заповедного леса

Водяной же после всего услышанного очень опечалился. И хотя он ругал русалку за то, что она не посмела его отпустить, и до сих пор не могла из души своей вырвать, но на этот раз он искреннее возмутился такому клятвопреступлению, хотя среди людей и их князей дело это было совершенно обычное.

Видя, что он ему не особенно верит, Банник приволок Кикимору, которая по дороге вырвалась и чертыхалась, но потом все подтвердила и говорила упорно о том, что княжич и на самом деле женится в ближайшие дни, и ей даже показалось, что он влюблен в свою невесту.

– Как он у вас быстро полюбил, разлюбил, – возмутился Кеша.

– Да после рыбин твоих дохлых и черта рогатого полюбишь. Она считает, что может кого-то удержать, – возмущалась Кикимора, сгорая от завести к русалке, которая не только смогла полюбить юношу, но и вызвала в душе его ответные чувства.

– Ты бы уж помолчала, – хихикнул Банник, – сама – то красивая и мудрая.

– Может и не такая красивая, но в уме себе отказать не могу, и всегда я была ближе к живым, чем к мертвякам твоим, которыми все озеро запрудил.

Банник с усмешкой заметил, что его Кикимора даже невозмутимого Кешу может из себя вывести. А ему с такой стервозной приходится на протяжении столетий оставаться, и ничего жив еще и невредим.

А Кикимора, отбежав от бани, вопила, услышав нелестные слова о себе, (она не могла не подслушивать их разговор). Сначала она уверяла всех, кто ее слышал, что сам Банник влюблен в эту дохлую рыбину, потому ее, честную и преданную Кикимору позорит и поносит, ни в грош не ставит.

– Это ты во всем виноват, носишься со своими русалками, как дурак со ступами, – ругалась она, сердито сверкая маленькими глазками.

Но духи давно перестали ее слушать и тихонько обсуждали какие-то не особенно важные дела, последние новости, стараясь позабыть о тех неприятных вещах, о которых наговорила им Кикимора.

№№№№№№

А потом Кеша размышлял о том, что хотя Кикимора была противным созданием и заслуживала наказания, но она оставалась слабым созданием, и надо было к ней относиться снисходительно, потому что бесконечные скандалы ничего кроме дурного настроения и головной боли не подарят, а это вовсе не нужно ему было.