Василиса всегда права. Волшебные хроники

Не удержались гуси в воздухе, да и Горыныч не удержался.

В тот момент, когда кот Баюн в дремучем лесу своих гусей с Василисой поджидал, не бросать же ребенка на произвол судьбы, вдруг такой крик, такой рев раздался, где-то по соседству, что понял кот, не дождется он здесь ничего, сколько бы ни ждал. И все пошло не так, как он задумал, и на кота Баюна бывает свой Горыныч.

Так оно и вышло. Пока он крыльями воздух месил в ту сторону, откуда рев и раздавался, пока суть да дело происходило, грохнулся Горыныч на землю с размаху и Василису к груди своей могучей прижимал, чтобы не убилась девочка.

Кот догадался, что там произошло, и кто на пути у гусей-лебедей стоял. Да что в этом толку, понятно одно – не должен был Змей вмешиваться. Вот и начал ругать его кот самыми нехорошими словами.

Змей сначала не врубился, видно головы свои от удара здорово зашиб, а потом понял, что кот почему – то ругает его. Это его очень сильно удивило, так, что и очухался он не сразу.

Горыныч уселся на траву, отпустил Василису и к коту повернулся:

– Не понял, – взревел он

– А какого черта ты, интересно, вмешиваешься, – возмущался яростно кот.

– Да они же царевну украли, и что, мне надо было просто на них смотреть? – дивился Змей, он в первый раз совсем кота Баюна не понимал. Даже думал, что это другой кот Баюном прикинулся.

– Мог бы и совсем не смотреть, – посоветовал ему кот.

– Как это не смотреть? – Горыныч понимал кота все меньше, но теперь он вообще ничего уже не понимал.

– А то ты сам девиц не воровал? – наконец отозвался Баюн, и снова стал на себя похож.

– Так это я – добрый молодец, взрослую девицу воровал, для забавы, а это гуси, и маленькую царевну, куда бы они ее утащили.

– А куда надо – туда бы и утащили, – кот поздно понял, что в запале он проговорился.

Даже ушибленный змей догадался, что Баюн к этому как-то причастен. Вот и отвечай, за царя Гороха, помогай ему. Обязательно сам в беду попадаешь, глазом не моргнув.

– А кажется мне, что ты тоже в этом замешан, – высказал предположение Горыныч, и гордо выпятил грудь.

Три головы все-таки соображали лучше, чем одна.

– А больше тебе ничего не кажется? – начал злиться кот.

Но этим он показывал, что был не прав.

Так они еще долго препирались, кот, наконец, понял, как он оправдаться должен.

– Да Яге твоя Василиса понадобилась, вот я для нее и старался, – придумал он наконец вескую причину для всего случившегося.

– Это зачем интересно, – насторожился Горыныч.