Тайна талисмана. Сны о веке золотом. Альтернативная история

Они словно бы делают все, забыв о здравом смысле. И ей выпало быть императрицей в этой стране. О господи, укрепи волю и силы.

Глава 23 Гибель генерала… Сон о бунте

ГИБЕЛЬ ГЕНЕРАЛА

Самое горькое, самое жуткое, самое страшное, что случилось в декабре 1825 года – это гибель героя героев, генерала М. Милорадовича от руки Каховского, все остальное, только следствие этой страшной трагедии.

Говорят, смертельно раненный, он спрашивал, воин ли в него стрелял, и успокоился только тогда, когда узнал, что убийца не был солдатом, с которым он воевал под Бородино…

Над Питером бесится бледная вьюга,

Домой загоняя случайных зевак,

И трудно им вырваться, стонет округа,

И надо проверить, кто там виновато

Шагает к финалу, как будто к началу,

И хмур в это утро седой генерал.

И страшные слухи его укачали,

Крепчает метель, конь едва устоял.

Немеет вдали император, тревожно

Семейство взирает сквозь эту метель,

– Куда вы? И смотрит в туман осторожно.

А вьюга завыла, как раненый зверь.

О Пестеле что-то они говорили,

И хмур от отчаянья князь Трубецкой,

Но может ли быть, чтоб они наступили

В такую погоду. Да кто он такой.

И все же он снова объедет устало

Посты, убедившись, что волки не спят,

Как старые раны болят генерала.

Куда это роты в метели спешат

И тают, как те, что недавно убиты,

Неужто уже им тринадцатый год?

И смолкли в бесстрастье творцы и молитвы.

И лишь генерал свою службу несет.

Ему император с небес улыбнулся,

Как славно они воевали тогда.

А ветер на Невском во мрак отшатнулся,

И шепчет упрямо: беда, мол, беда…

Но разве они испугают героя?

В сражении было намного страшней.

Спешит он к Сенатской, ругаясь и споря.

Но что там, беснуется тень средь теней.

Стреляет, но кто? Обжигает стихия.

И пуля, как жарко, как горько, зачем?

– Скажите, он воин, герой? Кто такие.

– Он просто разбойник, рехнулся совсем.

И быстро уносят орлы генерала,

Там Зимний уныло мерцает вдали,

И тело, что там, в том бою устояло,

Бессильно, луна в полумраке горит.

Глаза императора дико печальны,

Ему оставаться в бессилье ночном.

И снежная птица уносит все тайны.

– Будь проклят, злодей, даже в мире ином.

Я сам разберусь, – Николай восклицает.

И видит, как страшно царица бледна.

И где-то над белым туманом витает

Крылатая тень, и хранит их она.

В петле задохнется злодей, обрываясь,

Но это сегодня его не спасает.