Прощай, бабушка!!! Городские легенды

А что же матушка, обида убила ее душу, хотя он был ее сыном, а не предателем-мужем, но напрасно ждал какой-то ласки, поцелуя на ночь, слов о том, что он самый лучший на свете… Он нуждался в ее любви и восхищении, и делал не мало для того, чтобы она любила и восхищалось, но ничего такого не случилось, ни тогда, ни потом.. Она звала его, когда надо было что-то сделать по дому, а потом отправляла к жене, говоря о том, что и Вика его бросит, потому что женщине нужен не тот, кто ей кучу денег приносит, а тот, кто остается рядом.

Таинственные и закрытые от мира Раки всегда были такими, если бы она родила его в каком-то другом месяце, чтобы был он Стрельцом и Водолеем, и все было бы по-другому – воздух легок, огонь пылок, а вода таит в себе все секреты и вечные тайны. Она гасит огонь, и делает землю плодовитой, и он вышел из воды.

То, что Виктория была похожа на его мать, в этом не было ничего удивительного, ему хотелось получить то, что та не дала и дать не могла, жена ближе, жена должна быть одной плотью и за мужем следовать.

Тогда он и стал думать о том, что может быть с ним самим что-то не так, если четыре десятка лет мир так холоден и почти равнодушен к красивому и славному парню, которого по большому счету не за что упрекнуть, тогда отчего все так?

И все это и привело к такой тоске в глазах, из-за которой этого волоокого мужа не взяли бы на роль американского офицера. Оптимизма, жизнелюбия и желания страсти ему давно не хватало для того, чтобы показать, что жизнь хороша, и жить хорошо, а не в этом ли и состоит американская мечта, хотя бы на голубом экране, если не в реальности.

Пока он допил свое пиво, незаметно та самая девица переместилась к его столику и что-то пыталась ему объяснить. Он даже не сразу понял, что от него требуется, а потом резко поднялся и двинулся к выходу, грациозно обойдя ее, словно досадное препятствие на пути.

Как же он был восхитительно высок. Каждый человек похож на какого-то зверя, перед нами был барс, живущий где-то далеко на снежной вершине и лишь иногда спускавшийся к людям, чтобы снисходительно на них взглянуть и снова удалиться в свои заснеженные горы.

Светлана все еще стояла на том самом месте, где он ее оставил, и никак не могла понять, уразуметь, что ей отказали, что ее просто в упор не видел этот одинокий и неприкаянный незнакомец. А ведь еще вчера на нее вешались и не такие, ну или не такие, если быть честной, но все-таки велись.