Прощай, бабушка!!! Городские легенды

На мой счет родные и знакомые такого сказать не могли, им мой брак с самого начала казался подозрительным:

– Надо же было за кого-то выйти замуж, а этот еще и писатель, – шептались за моей спиной, – да и не каждого бы принял Старик, бедняжка, выбор ее был не велик. И так быстро и трагически все закончилось…

Бабушка попросила:

– Я знаю, что у тебя есть копии моих романов, но не печатай их, вдруг они окажутся лучше, чем у него?

– Сначала я напечатаю свои, – они лучше, чем у него, потому что хуже уже некуда (я говорила о покойном муже, конечно).

– И все-таки пообещай.

Я промолчала. Клятвы, которые даешь, надо исполнять.

Прямо на кладбище, ко мне подошел наш общий знакомый Алекс и игриво – нежно склонился к моему уху:

– Как и всякая настоящая женщина, ты же очень хочешь замуж, не сегодня, конечно, дорогая, пусть пройдет немного времени неделя, месяц, я подожду, я умею ждать… Но считай, что я сделал тебе предложение.

Мне хотелось громко и яростно послать его подальше, но за спиной оставался мой дедушка и мой покойный муж, не хотелось тревожить их покой, мы же на кладбище все-таки, здесь нельзя шуметь. Они не заслужили счастья, но пусть покоятся с миром.

Не знаю, может быть, все женщины хотят замуж, может быть я не настоящая женщина, но я хочу жить, любить, писать романы, а не творить тиранов, а потом служить им верой и правдой до самой могилы, все время наступая на горло собственной песне.

Прости меня, Алекс, ждать тебе придется долго, может быть не одну жизнь, но если все остальные женщины хотят замуж, может тебе в другом месте поискать желающих? На мне же не сошелся клином свет, да ты меня и не любишь даже… Вероятно, Мишель проговорился, как он строчит свои шедевры, тебе тоже захотелось такого соавтора?

Свободы никогда не бывает много, как же вольно дышится, как весело становится за оградой кладбища.

Прости меня, дедушка, жаль, что я разочаровала тебя, мне правда очень жаль. Ты спрашиваешь, почему я стала такой?

Потому что еще в детстве папа прочитал мне стихотворение какого-то поэта, имени которого я не запомнила, а вот стихи запомнила, как таблицу умножения.