Подозреваются все. Литературный детектив

Сами понимаете, что бабам нужно, именно то, чего дать он никак не мог. А еще всем известно, что самое эротичное место у мужика – кошелек, а с этим было не меньше проблем, чем с первым, а часто еще больше, хотя куда уж больше-то. Одним словом, как там в рекламе – куда не кинь – всюду клин, точнее и не скажешь.

Пить с утра – дурной вкус и последняя стадия алкоголизма, но завтра он бросит, займется делом, вернется в журналистику, станет знаменитым душеведом и напишет шедевр обязательно. Надо только протрезветь.

А потом завязать, и все наладится. И бабы и бабки вернутся, и станет он любимым и желанным снова, как когда-то. Хотя было ли такое время или нет, об этом история умалчивает, если и было, то все быльем поросло давно.

Когда последняя банка пива была допита, Вадим вздрогнул и увидел оранжевого черта.

– Оранжевых не бывает, – прохрипел Вадим.

Черт почесал затылок и ухмыльнулся:

– Если за дело не возьмёшься, то фиолетовым стану, юморист чертов.

– А что делать-то? – спросил Писатель, кажется в тот момент, когда явился не запылился оранжевый черт он готов был на все.

Черт от ярости, смешанной с жалостью и презрением, усмехнулся.

– Да почти ничего тебе уже не осталось, но вот кое-что я все-таки придумал, маньяка из тебя делать будем.

– Кого? – прохрипел Вадим, с чувством юмора у него было в последнее время совсем скверно. Оно испарилось вместе с остатками мозгов.

– Литературного маньяка, это что-то новенькое. Обычные маньяки, это пошло, кто только не маньяк нынче, ты будешь литературным, знаю, что трудно, но справишься, ты же еще не все мозги пропил? – поинтересовался Оранжевый, но ответа не ждал, так, троллил просто.

Времена такие пошли, что без троллинга теперь никуда.

Оранжевый задумался о трудных временах и почти забыл о собеседнике, но тот сам о себе напомнил.

– С бабами не хочу, – стал капризничать Писатель, – они все дуры безмозглые, и слишком много требуют, а потом динамят и еще смеются.

– Я из тебя не плейбоя, а маньяка делаю.

Вот и выместишь на одной из них всю свою ярость.

– На какой? – вяло поинтересовался Вадим, понимая, что кому-то из особенно шустрых графоманок, затмивших его одинокие шедевры своей плодовитостью, можно будет отомстить. Это лучше, чем ничего. Пожалуй, стоит соглашаться, а потом он поможет пробиться в люди. На ящик коньяка заработать – пока это было пределом желания, но ведь аппетиты растут во время еды, вернее пития.