Плач Ярославны. Дочери Руси

Жившая в любви и участии со всех сторон, имевшая то, о чем другим приходилось только мечтать, Елена забрела однажды в стены монастыря, расположенного за забором от княжеской усадьбы, и так ей там все понравилось, что она осталась там до вечера, а потом все время возвращалась, как только выдавалась свободная минутка.

Это тревожило ее матушку. Но князь Михаил позволял ей все, что она хотела.

Когда княгиня Ольга появилась в Суздале снова, она захотела взглянуть на чудного ребенка, и было потрясена этой набожностью, и недоумевая взглянула на брата.

– Откуда это? – спросила она.

Он догадывался, о чем она спрашивает, но только пожимал плечами.

– Мы не к чему ее не принуждали, ничего не запрещали, все вышло само собой.

Ольга ничего не сказала, но явно ей это было не по душе.

– Что же тебя так мучает? – спросил сестру Михаил, ему передались эти тревоги и волнения.

– Мы не часто направляем к богу взоры, но я не сомневаюсь, что от него все наши беды происходят. И стоит ли с самого детства так издеваться над девочкой? Ты хочешь, чтобы она была рабой божьей? Может ли быть рабыня счастливой? Можно потом убежать в монастырь, укрыться от мира, но ради ли этого мы появились в мире?

Я готова умереть, но со своей свободой не расстанусь.

Она порадовалась тому, что пока жив князь Ярослав, он не отправит их дочь в монастырь.

Князь Михаил был добр и проницателен. Он сразу догадался, о чем она думала. Ему горько было это сознавать, но он продолжал стоять на своем. Если ребенок туда тянется, этого нельзя запретить.

Он дал слово в самом начале не навредить своей дочери, потому люди, тайком молившиеся старым богам, тем паче жертвы им приносившие, разве они лучше тех, кто будет тих и послушен.

Ольга тоже пообещала себе, что не станет вмешиваться в дела брата и его детей. Но встретившись с девочкой, не выдержала, поняла, что не сможет молчать о том, что ее мучило больше всего.

Девочка казалась спокойной и внимательной, она искреннее пыталась понять, что могло так взволновать ее красивую и печальную тетушку.

А когда Ольга спросила:

– Дитя мое, отчего ты так часто глядишь за тот высокий забор?

Она вдруг ответила:

– Там бог, покой и нет мирских дел и страстей.

– Но разве мирские дела так плохи? – удивилась княгиня. Разве любить, рожать детей, учиться, разве это так скверно?

– Ты совсем не веришь в бога? – удивленно спросила девочка.

– Верю, конечно, но думаю, мы пришли не для того, чтобы отдавать себя ему в жертву.