Плач Ярославны. Дочери Руси

Ее невозможно было обмануть. Она сталкивалась с ним чаще и знала его лучше. И никакие сладкие речи не могли убедить ее в том, что он добр и заботлив. Но ей приходилось лгать и изворачиваться, потому что князь все видел и знал, и не терпел, когда его дурят.

Только глухой ночью вспомнил князь Ярослав о том, что княгиня так и не появилась и была страшно бледна на ложе своем. Но сон тут же сморил его, и он решил, что не стоит об этом волноваться особенно. Даже если она и помрет, то это не худшее, что в его жизни случиться может.

Тень Елизаветы все время следила за князем. Невидимая, она много видела и понимала, многое возмущало ее. Но она не могла выбирать себе отца. Он будет ее отцом, но он и представить себе не может, этот честолюбивый гордец, какую участь готовит ему судьба. И никто пока представить этого не может.

С этими словами она исчезла, пока из покоев князя, который давно спал и улыбался во сне.

Глава 13 Прощанье с матерью

А через несколько минут, когда она должна была признать, что больше скрываться невозможно, она приказала одеть себя.

Княгиня воскликнула пронзительно. Она мысленно давно похоронила ее. Но хотя она и была серьезно больна после того падения и редко поднималась с постели, но она оставалась жива и невредима. Она думала о ней, молилась и зная, как ей тут приходится, старалась помочь, чувствуя свою вину за то, что подарила ей жизнь и ничего не смогла сделать для того, чтобы ее жизнь стала хоть немного легче.

– Бедное дитя мое, – повторяла княгиня, – мой век близится к концу, мне будет дарован покой, но что ждет тебя, что станет с тобой, представить даже тяжко.

И в помыслах своих она возвращалась туда все чаще.

Она умерла так тихо и так незаметно для домочадцев, что не только князь, но и служанки ее еще какое-то время никакого понятия не имели, им казалось, что она просто спит.

А князь почти вообще тут не появлялся, и когда приходил, и проносился по коридорам и лабиринтам дворца, то наводил на всех дикий ужас.

№№№№№№

Когда княгиня Ольга узнала о случившемся, ей хотелось вскочить на коня и лететь туда, чтобы еще раз увидеть ее, пусть уже бездыханную. Она понимала, что никогда больше не сможет узреть и обнять матушку свою. И она так и сделал бы, если бы не была беременна.