Олимпийские страсти. Тайны лабиринта

– Он выбросил младенца, а теперь,

Когда пастух рассерженный явился,

И выл в тумане жуткий, страшный зверь,

Мир навсегда, навеки изменился.

11 Одиссей

Итаки позабыть не мог герой,

Как воины к жилищу подступили,

Как Пенелопы стала вдруг немой,

И как ее служанки голосили.

А он ребенка видел на меже,

И тормознул волов, забыв притворство.

– Мне на войну, на этом рубеже,

Забыта хитрость, боль и стихотворство.

Оракул говорил, что без меня

Им не вернуть назад своей Елены.

И он, легко вскочивший на коня,

Не оглянулся, чуя перемены.

Еще не обнаружен был Ахилл,

И только видя ярость Менелая,

Отправился на остров и решил

Разоблачить, и верить не желая,

Лягушку бросил и услышал визг,

Девицы в суматохе разбежались.

И лишь одна, глаза потупив вниз,

Сидела, и они ее связали.

Я бросил сына, остров и жену,

А ты, храбрец, не много потеряешь.

С рассветом мы уходим на войну,

И в воинстве все ждут еще тебя лишь.

12.

Убивший лань и сам царем убит,

Но этой жертвы Артемиде мало.

И вот она перед царем стоит,

И, усмехаясь гордо и устало,

Твердит, что им навеки не пройти,

Что ветры им теперь недостижимы,

– Что надо сделать? – Жертву принести.

– Кого жалеешь? – Дочь Елены лживой.

И побелел от ярости вдруг царь,

Он заменил младенца в миг рожденья.

О, этот ужас, как же он устал.

И месть богини, словно наважденье.

– Царице быть и дочери, Ахилл

Жениться хочет враз перед войною.

Гонец в Микены быстро послан был,

Но как он сладит с вздорную женою?

Здесь даже Гера агнец золотой,

И почему Парис не выбрал Геру?

Опомнился и крикнул он: – Постой.

Но поздно, и приказанье улетело.

Царица гневно встретила гонца,

Она сама уже не понимала,

Что делает безумец до конца,

И все- таки ту дочь свою позвала.

– Нам надо ехать, милое дитя,

Отец твой, вижу, свадьбу затевает.

Но там война, и медлить нам нельзя.

– О, матушка, Ахилл, так не бывает,

Я не мечтала о герое том,

А он собрался, вижу я, жениться.

– Да ладно, все обсудим мы потом,

Ну, а пока нам надо торопиться.

13 Тезей

Афинский царь прервал внезапно пир,

К нему несли голубку от Елены,

Тезей еще и молод, и красив.

И лишь его любя самозабвенно,

Во сне Афины видела она,

Кляла потом ужасную Медею.

– И что Елена? – Пленница – жена.

И в первый миг душа летит за нею.