Олимпийские страсти. Тайны лабиринта

– Остынь пока, пусть покорится Троя,

Еще никто не знает, кто кого.

Но каждый о своем, об Одиссее,

Задумался устало Посейдон,

Над Троей тучи черные весели.

Аиду снился самый странный сон.

5.

К нему толпой брели в тумане тени,

И не было мужчинам тем числа.

– Что там случилось? – спросит он в смятенье.

– Все кончилось, но там война была.

– И сколько шла, о, сколько же убитых.

– Да десять лет, никто не победил.

Смотрел Аид на воинов сердито,

И видел, точно – каждый был убит.

– Царь Агамемнон, что с тобою сталось,

Кто нынче поднял руку на царя?

И лишь Эрида грозно рассмеялась.

А Никта говорит: – Все было зря.

Ахилл бродил и ничего не видел,

Он проклинал Елену и Царя.

Аид очнулся, – странны сон, обиды.

Гипнос шутил, но души все горят.

6.

Тезей смотрел с усмешкой на Аида.

– А может, ты пойдешь ее спасать?

– Останусь здесь и чувств своих не выдам,

Милей мне мрак, а с Троей воевать

Не стану, изнурительна затея,

Капризна дева, хотя так мила

Они заполучили Одиссея,

Столкнула лбами, снова в тень ушла.

Нет, только Агамемнон без Елены

Тоскует так, что рушатся миры,

Воюют греки зло и вдохновенно,

Но Афродиты щедрые дары,

Еще троянца защищать готовы.

Схлестнулись снова Гектор и Ахилл,

Печаль и радость в мире этом снова,

И Менелай давно раздавлен был.

7.

И только Агамемнон за Елену

Разрушит мир и глазом не моргнет.

О, как же тяжело, но вдохновенно,

У стен троянских вечный бой идет.

И боги снова сходятся для битвы,

И мир так хрупок десять лет подряд.

И лишь Кассандры стоны и молитвы,

– Иди к нему, пусть мой несчастный брат

Оставит Трою нам, в печали вечной,

Зачем моя обуглилась земля?

Но шепчет Афродита им: – Не вечер.

И за любовь сражаются горя.

Сюда еще наведалась Медея,

Но те и эти чужды и темны,

От страшной правды злясь и холодея

– За что вы гибнуть, воины, должны?

8.

Она их никогда не понимала,

Но убедилась, здесь Тезея нет.

И никому уже не помогала.

Кровав и страшен там Елены след.

А ведь казалась милою девицей,

И ласковой такой она была.

Дитя страстей, поет и веселится.

– Медея? – О, Елена, как дела?

Смотрю, а ты не сильно унывала,

Вон, что затеют за тебя мужи.

– Я без Тезея вечно тосковала.

– Он без тебя, мой друг, спокойно жил.

– Медея, ты пришла сюда за этим?

– Но должен правду, кто тебе сказать?

Дракон исчезнет где-то на рассвете.