Олимпийские страсти. Тайны лабиринта

Афродита снова влюблена,

Ты остановить ее попробуй,

И Афина занята собой,

А с тобой кузнец, он вечно пьяный,

И обходит стороной любовь,

И надежда тает за туманом,

Ничего на призрачном пути,

Где-то Зевс с Гермесом веселится.

Пан на старой дудочке свистит,

И стирая голоса и лица,

Засыпает Гера в вышине,

Ждет, когда заявится Геката,

И о чем-то говорит во сне

С матушкой и снова ищет брата.

10

Но какого? Одного из трех,

Кто ей мужем верным нынче станет.

И один на море не берет,

А второй во тьму напрасно манит.

Небеса ей были в самый раз,

Только все закончилось печально,

Гера свой оборвала рассказ,

Ведь должна же быть богини тайна.

Дионис ей кубок протянул,

И Гермес посмотрит удивленно,

Странный сон, он в омут затянул,

Там где Зевс пирует отрешенный,

Все его любимые мертвы,

Дети одиноки и несчастны,

Торжествует Гера до поры,

Но она очнется в одночасье.

От ненависти до любви Лабиринт Геракла

11

И Герина любовь убьет любого,

Но не отступит маленький Алкид.

Когда змея шипит так жутко снова,

Пред Герою младенец устоит.

И что потом им козни Эврисфея,

И птиц ужасных дикая возня,

Когда младенец, пред Змеей немея,

Пытается богини пыл унять.

И кто перечить станет? Ад кромешный

Печальный день у нового огня,

И Персефоны горестные песни.

Но Гериной любви бы пыл унять.

Они его зовут Гераклом снова,

Гермес смеется, а Афина зла,

Но он дойдет до часа рокового

До Никты дивной черного крыла,

12

И вот тогда в пустыне этой снова,

Забыв о том, кто был ей так постыл,

Вздохнула Гера, ищет там другого

Не укротить ее безумный пыл.

И только он в аду потом расскажет,

Про спесь героев лютых и царей,

Про то, что Гера только крови жаждет,

И ей покорен хилый Эврисфей.

Но где-то в тишине иного мира,

Поет Геракл о любви своей.

Тогда смолкает Аполлона лира,

А Гера становилась все темней.

Он им поведал дивные сказанья,

И слушали в печали и тиши,

О том, как их пленит очарованье

Отвергнутой, но яростной души.

Лабиринт Тьмы. Миф об Аиде

1.

Боялся Кронос отмщенья,

И в темноте детей глотал.

Он видел сны: там грозной тенью

Аид в тумане проступал.