Олимпийские страсти. Тайны лабиринта

Наделал много скверного Парис,

Но не его, меня за все вините,

И все-таки за Трою вы деритесь,

Живыми из побоища вернитесь.

Настанет миг, когда падут враги,

Отступят, знаю, наше дело право.

А вдруг там Агамемновы шаги,

И дерзко усмехнулся бес лукавый.

И началась тогда уже война,

Эрида в небе где-то ликовала,

И дивная, веселая весна

Вдруг осенью внезапно представала.

Вернулся Гектор, яростен и зол,

Он понял, что сражений будет много.

И царь Приам к нему в ту ночь пришел.

– Прости меня, наследник, ради бога.

16 Афина и Гера

Афина с Герой были заодно,

Им надо было отомстить Парису,

– Пусть сгинет он, а как, мне все равно.

И с головой Медузы появился,

Прекрасный призрак, преданный Персей.

– Найди его и уничтожь, мой милый.

Герой склонился, в доблести своей

На все готов, но Вестник злой и сирый:

– Остановись, не вмешивайся, Зевс

Тебя жестоко за него накажет.

И Гера отступила, где уж, где

Таким красивым быть, таким отважным.

Она с собой Персея увела,

Афина голову взяла Медузы:

– Привет, подружка, как твои дела?

– Пусть станет камнем тот пастух безусый.

– Который не с тобой пошел во тьму?

– Да замолчи, – Афина отвечала.

– Я замолчу, но только не пойму,

Как всех там Афродита чаровала.

И голову забросив, отошла

В тень дома в это время Афродита.

Она сама едва ль понять могла,

Как оказалась слабой и убитой.

– Пока у них там статуя моя,

Не победить и не осилить Трою.

А разыщу —ка Одиссея я

И эту тайну страшную открою.

Пусть проберется в город он и храм,

Похитит образ и вернется снова.

Гермес за ней несется по следам,

Он так растерян нынче и взволнован.

17 Ахилл и Патрокл

Ахилл уже поссориться успел

С царем царей, у них не будет мира.

– Победный пир? Да ты вина испей,

И биться нам всю жизнь немым и сирым.

И он ушел куда-то в пустоту.

И ждал ответа, так и не дождался.

И был один Патрокл на посту,

Он хмурился, и он в сраженье рвался.

– Мы их оставить не могли, Ахилл,

Мы не вернемся на щите и снова,

Пойду в сраженье, сколько хватит сил.

Он страшно был растерян и взволнован.

И на Елену на стене смотрел,

Как можно умирать им из-за бабы?

И только там, во тьме, мельканье стрел.

Очнулся он, и Гектор так неслабо

Крушил Ахилла, боже, страшный миг,

И ничего не будет, не случится.

– Убил Патрокла он, из них двоих

Патрокл в доспехи облачился.